Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№1, 2016

ЗАКАВКАЗЬЕ – СЛОЖНОСТЬ НЕПРОСТОГО ВЫБОРА*

Н. А. Гегелашвили,
к.п.н., руководитель Центра региональных проблем
Института США и Канады РАН
e-mail:

Аннотация. В статье анализируются сложности выбора внешнеполитического вектора стран Закавказья на фоне разрастающегося кризиса в отношениях между Россией и Западом, который способствовал появлению новых глобальных вызовов безопасности. Это и галопирующая напряженность в Сирии и на Украине, и российско-турецкий конфликт, и проблема беженцев в Европе, и, наконец, резкое усиление террористической угрозы. Все это в значительной степени сказалось и на ситуации в Закавказье. Автор исследует все соображения каждой из трех стран Закавказья, приведшие их к некоторому отдалению от ранее намеченного внешнеполитического вектора.

Ключевые слова: политика ЕС, политика США, политика России.

The South Caucasus: The Challenge of Making the "Right Choice"

Gegelashvili Nana Aleksandrovna,
Ph.D. in political science, Head of Centre on Regional issues.
Institute of USA and Canada Studies
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. The paper provides an analysis of the hard choice South Caucasus countries are facing on their way for selecting foreign policy priorities against the backdrop of increasing crisis between Russia and the West, which contributed to the emergence of new global security challenges. Among them is the galloping tensions in Syria as well as in Ukraine, the Russian-Turkish conflict, the refugee problem in Europe, and finally, a growing terror threat. This has largely affected the situation in the Caucasus. The author examines all the considerations of each of the three countries of the South Caucasus, which led them to some deviation from the previously selected foreign policy vector.

Keywords: EU policies, US policies, Russian policies.

Разрастающийся кризис в отношениях между Россией и Западом привел к появлению новых глобальных вызовов безопасности. Это и галопирующая напряженность в Сирии и на Украине, и российско-турецкий конфликт, и проблема беженцев в Европе, и, наконец, резкое усиление террористической угрозы. Все это в значительной степени сказалось и на ситуации в Закавказье. Это, прежде всего, с некоторым отдалением каждой закавказской страны от ранее намеченного внешнеполитического вектора. При этом у каждой из них имеются свои собственные соображения.

Прозападный курс Грузии

Сегодня внешнеполитический вектор официального Тбилиси определяется курсом на евроинтеграцию и сохранение отношений стратегического партнерства с США и НАТО. Однако былой уверенности в том, что приверженность прозападному курсу развития страны является тем ключевым фактором, способным обеспечить как столь долгожданную территориальную целостность этой страны, так и укрепить ее государственность, необходимых для всестороннего развития страны, уже нет.

Несмотря на чрезмерную активизацию США и ЕС, направленную, как на максимальное приближение Тбилиси к евроатлантическим структурам, так и на всяческую поддержку территориальной целостности этой страны, обе задачи все еще далеки от реализации.

И если решение первой задачи, призванной осуществлять всестороннюю подготовку самой фокусной страны США из всех стран Закавказья - Грузии к ее членству в Альянсе, находится в стадии реализации, то решение второй задачи представляется уже практически невозможным, хотя признание этого факта западными партнерами сродни их полной капитуляции.

При этом, серьезность намерений США и ЕС в отношении их политики в Грузии не вызывает никаких сомнений, что подтверждается принятыми решениями и рядом законопроектов[1], направленных как на углубление интеграции Грузии с ЕС, так и на оказание ей всесторонней помощи на пути членства в НАТО. Это и открытие Комиссии Грузия – НАТО[2], и американо-грузинская Хартия о стратегическом партнерстве[3], и пакет «усиленного сотрудничества» с Грузией[4], и получение Грузией повышенного статуса НАТО на Уэльском саммите Альянса, состоявшегося в сентябре 2014 г.[5]

Однако, похоже, что в настоящее время в Вашингтоне растет понимание, что решение проблемы территориальной целостности Грузии – непосильная для него задача. Вот почему вопрос о вступлении Грузии в НАТО будет отложен, по крайней мере, на предстоящем саммите альянса, который должен состояться в июле 2016 г. в Варшаве. Это подтверждено заявлением специального представителя генерального секретаря НАТО по Южному Кавказу и Центральной Азии Джеймса Аппатурая в интервью Общественному телевидению Грузии 8 февраля 2016 г[6].

Что же касается политики ЕС в отношении этой страны, то в настоящее время в рамках запущенного ею проекта «Восточное партнерство» обе стороны – как Брюссель, так и Тбилиси - достигли положительного результата, который был закреплен решением Еврокомиссии от 18 декабря 2015 г. о готовности Грузии к либерализации визового режима с ЕС[7] как следующий этап после подписания этой страной Соглашения об Ассоциации с Брюсселем[8].

Это свидетельствует, прежде всего, о начале процесса практической реализации интеграционной политики Брюсселя в отношении Тбилиси и подтверждает серьезность намерений политики ЕС к этой стране. Таким образом, ЕС подошла к Грузии вплотную, опередив НАТО на пути его более тесной интеграции с Грузией.

Тем не менее, Тбилиси остается приверженным своего курса по интеграции с ЕС. Однако, похоже, что сегодня вопрос территориальной целостности страны, равно как и другой вопрос, касающийся ею ключевого внешнеполитического приоритета , уже не являются самыми важными для грузинского избирателя. Реалии становящегося с каждым днем все более прагматичного мира требуют игры по «новым правилам», где экономические проблемы имеют для нации куда большее значение, чем все остальные. Вот почему в настоящее время грузинский избиратель все больше озабочен социально-экономическими вопросами[9]. Это и высокий уровень безработицы, и растущий уровень бедности и рост цен. В значительной степени такое положение дел объясняется и скромными инвестициями в эту страну, низким уровнем производства, миграцией экономически активного населения. Не случайно, по данным Всемирного банка, Грузия является самой бедной страной в регионе и входит в пятерку беднейших стран на территории бывшего Советского Союза[10]. Все это усиливает разочарование избирателя правящей партией «Грузинская мечта», не способной, на его взгляд, ни к повышению эффективности органов власти, ни к управлению.

Суровость реалий оказывает воздействие и на окончательный выбор внешнеполитических приоритетов, тем более, что до укрепления собственной политической субъектности, позволяющей Грузии обеспечить самостоятельность в проведении внешнеполитического курса, все еще далеко. В условиях осознания Тбилиси того факта, что ключевую роль в восстановлении территориальной целостности Грузии может играть Москва, грузинское правительство не стремится к ухудшению отношений с Россией. Более того, полная неизвестность итогов жесткого противостояния между Россией и Западом, равно как и маячащая на горизонте угроза со стороны «Исламского государства», запрещенного в России, не позволяет Тбилиси сильно дистанцироваться от Москвы. Наконец, Северный Кавказ, находящийся в непосредственной близости от грузинских границ и несущий в себе опасный потенциал из-за существующих там многочисленных межэтнических и межконфессиональных противоречий, может стать серьезной головной болью для этой страны на протяжении длительного времени.

Старт на нормализацию отношений с РФ был дан в результате победы на парламентских выборах коалиции «Грузинская мечта» осенью 2012 г, однако прорыва в отношениях не последовало. Однако сегодня, похоже, что Москва начинает посылать свои сигналы в адрес этой страны, тестируя Тбилиси на прочность «нормализации». Вот почему в недалеком будущем можно ожидать облегчение визового режима для граждан Грузии[11]. Более того, в ходе пресс-конференции президента РФ Владимира Путина, состоявшейся 17 декабря 2015 г. отмечалась важность российского рынка для Грузии[12]. Это может способствовать развитию российско-грузинских отношений с «чистого листа», когда продолжающееся десятилетиями после распада СССР взаимное отчуждение обеих стран может привести к новому положительному «открытию» обеих стран друг для друга. Это, главным образом, касается молодежи, выросшей в отрыве от общего исторического прошлого в бытность СССР, некогда связывавшее народы этой огромной страны друг с другом. Тем более, что наличие общей православной религии и сохранение социокультурных отношений позволяет надеяться на благоприятное развитие ситуации с учетом современных реалий.

Комплементарная политика Армении

Как и в случае с Грузией в условиях крайне прагматических реалий внешнеполитический вектор Армении призван балансировать между РФ и США. Во-первых, в силу своего географического положения Армения всегда будет вынуждена вести комплементарную политику. Во-вторых, процесс строительства новых национальных государств далеко не завершен, что сказывается на флуктуации внешнеполитических приоритетов, в основе которых лежит чистый прагматизм. Поскольку одной из ключевых задач Еревана является урегулирование конфликта в Нагорном Карабахе решить которую сегодня России - стратегическому союзнику Армении, на взгляд Еревана, пока не удается, то становится понятно, что Армения, будет заинтересована крепить и расширять свои отношения с Западом, пытаясь как-то изменить ситуацию. Намерение Еревана укреплять отношения с Западом, связано, и с оказываемой ему поддержкой со стороны многочисленной армянской диаспоры, проживающей в основном в США и во Франции. Именно ей и отводится роль в выстраивании крайне позитивного имиджа непризнанной Нагорно-Карабахской республики. В-третьих, сегодня у Еревана нет оснований рассчитывать на улучшение экономической и социальной ситуации в стране, что может усилить социальное недовольство избирателя . В-четвертых, принятие конституционных поправок в этой стране может дать старт для появления новой политической элиты прозападного толка.

При этом Армения — единственная страна Закавказья, которая входит в Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ)[13]. 2 января 2015 г. Ереван официально присоединился и к Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС)[14]. К этому решению Ереван подвигли не только соображения безопасности, но и неэффективная политика Запада относительно дальнейших перспектив, связанных с урегулированием ситуации в Нагорном Карабахе, которая, на взгляд Еревана, все еще не предложила реальных механизмов на пути решения проблемы. Обе стороны конфликта – и Армения и Азербайджан - едины в своем стремлении сдвинуть ситуацию с «мертвой точки». Об этом свидетельствует как постоянное нарушение режима прекращения огня в зоне конфликта с обеих сторон, так и многочисленные заявления официальных лиц Еревана и Баку о необходимости его решения.

События в Сирии и на Украине усиливают фактор непредсказуемости на пути продвижения политики США на Большом Ближнем Востоке, что заставляет Вашингтон действовать более активно и в ситуации в Нагорном Карабахе. Вот почему США, усомнившись в эффективности работы Минской группы ОБСЕ[15], в настоящее время выразили готовность урегулировать нагорнокарабахский конфликт в одностороннем порядке. Еще в мае 2014 г. американский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Джеймс Уорлик заявил о наличии у Вашингтона собственного плана «элементов нагорнокарабахского урегулирования »[16], что свидетельствует о решимости Вашингтона занять лидирующую роль в процессе его урегулирования. Вместе с тем в Вашингтоне растет и понимание относительно того, что основная проблема на пути урегулирования конфликта – это бескомпромиссность обеих сторон, а не внешнее воздействие, а это крайне осложняет ситуацию. Наконец, позиция России, являющейся стратегическим союзником Армении в Закавказье, вынуждает США пребывать в полной неизвестности относительно ответной реакции Москвы на самостоятельную роль Вашингтона в контексте решения этой задачи. Тем не менее, похоже, что США продолжат и впредь предпринимать всяческие усилия на пути урегулирования конфликта, однако сложность решения этой задачи пока не позволяет Вашингтон действовать самостоятельно, что вынуждает его ограничиваться лишь форматом Минской группы ОБСЕ. И сегодня вновь и вновь сопредседателями МГ ОБСЕ активно обсуждаются предложения о расширении ее мандата и размещении в зоне конфликта постоянных подразделений, наделенных полномочиями фиксировать нарушения. Любопытно, что все они практически повторяют основные положения, содержащиеся в послании 85 членов Конгресса США во главе с председателем Комитета по международным отношениям палаты представителей республиканцем Эдом Ройсом и демократом Элиотом Энджли, к президенту Б.Обаме, и призывают Вашингтон к оказанию всесторонней поддержки в реализации конкретных шагов, направленных на деэскалацию конфликта[17].

Что же касается Москвы, то в новых международных условиях она продолжает настаивать только на политическом решении нагорно-карабахского конфликта. Пока это предполагает только поиск формулировок мирного урегулирования, касающихся, главным образом, доработки «Обновленных мадридских принципов[18]», в которых содержится целый ряд недочетов, связанных, в первую очередь, с проведением референдума о статусе Нагорного Карабаха, а также районов Азербайджана под контролем армянских сил и возвращение беженцев.

Вместе с тем, «разморозка» конфликта, предусматривающая размещение международных миротворческих сил, может иметь самые непредсказуемые последствия как для России, так и Запада. Главный вопрос здесь сводится к тому, будет ли эта мера содействовать сохранению статус-кво или проникновению в регион «третьих сил»? К тому же ситуацию крайне усложняет растущая конфронтация между Россией и Турцией в контексте стратегического партнерства Армении с Россией, с одной стороны, и Азербайджана с Турцией, с другой, что дает высокую вероятность расширения зоны конфликта далеко за пределы этого региона.

В этой связи, как представляется, единственной возможностью для выхода из полного тупика может стать активное использование тех механизмов, которые содержат «Обновленные Мадридские принципы». Пока – это то, что может хоть в какой-то степени изменить ситуацию и придать ей столь необходимую динамику. Тем более – что Минская группа ОБСЕ, декларирующая общие принципы мирного урегулирования в Нагорном Карабахе, которых придерживаются как Москва, так Запад, является одной из немногих площадок, которая может способствовать более эффективной кооперации между РФ и США. Это не следует сбрасывать со счетов даже с учетом того факта, что решение этой проблемы сильно затруднено, так как в настоящее время возможность сотрудничества между Россией и Западом в этом вопросе крайне низка, не говоря о полной неготовности самих участников конфликта к прорыву.

Нейтральный статус Азербайджана

Сегодня Азербайджан все еще стоит в стороне от интеграционных проектов, как под эгидой Брюсселя, так и Москвы. Несмотря на военно-техническое сотрудничество с НАТО, Баку не заявляет о своей готовности в отличие от Грузии и Украины вступать в альянс. Тем не менее, Азербайджан является стратегическим союзником Турции, представляющей южный фланг НАТО, что в значительной степени помогает Баку сохранять нейтральный статус. Азербайджан – член Движения неприсоединившихся стран[19]. Однако такая ситуация может измениться в условиях острой необходимости сделать окончательный выбор. К тому же с учетом того, что ключевой задачей для Азербайджана по-прежнему является урегулирование нагорно-карабахского конфликта, внешнеполитический вектор Азербайджана в новой политической реальности будет определяться в зависимости от успешного решения этой задачи РФ или Западом. На необходимость сделать окончательный выбор в настоящее время Баку вынуждает и заметное мультиплицирование экономических проблем, среди которых главной является очередная девальвация национальной валюты, вызванная, прежде всего, резким снижением цены на нефть. В стране растут опасения социальных протестов, как со стороны оппозиции, так и рядового избирателя, недовольного уровнем жизни. В отсутствии условий, способствующих укреплению собственной политической субъектности, в Баку растет и понимание того, что возможность силового решения карабахского конфликта, может резко обострить внутриполитическую борьбу, что осложняет риски и оттягивает решение этой проблемы. Представляется, что на выбор внешнеполитического вектора Баку будут влиять следующие факторы. Во-первых, это заметно проявляющееся недовольство Баку двойными стандартами ЕС в отношении ситуации с правами человека в Азербайджане, а также неэффективной политикой Запада в целом, связанной с урегулированием Карабахского конфликта, как реакция на ухудшение с ЕС[20] и США[21], отдаляя эту страну на какой-то срок от Запада. Во-вторых, неудовлетворенность Баку российско-армянским союзничеством, с одной стороны, и одобрение Азербайджана неизменной поддержки Москвой его территориальной целостности , с другой, не может способствовать быстрой смене в сторону западного вектора - риски от готовности Москвы предпринимать реальные шаги для отстаивания своих интересов на пространстве бывшего Советского Союза слишком высоки. В этом же контексте следует отметить и значение, которое имеет Баку для Москвы. Это и общая сухопутная граница по дагестанскому участку и акватории Каспийского моря, тесно связывающая две партнерские страны, и важное стратегическое положение Азербайджана, играющего роль моста между Кавказом, Центральной Азией и Ближним Востоком. В-третьих, в условиях нарастающей конфронтации между РФ и Турцией Баку в то же время отдает себе отчет и в том, что стратегическое союзничество с Турцией не предполагает сильного отхода от Анкары и таким образом не позволяет ему резко изменить направленность внешнеполитического курса. С другой стороны, Баку осознает и то, что, несмотря на союзнические отношения Анкары с НАТО /США, Запад не горит желанием поддерживать геополитические притязания Турции. Это стремление усиливается имеющимися между ними разногласиями как по курдскому вопросу в контексте ситуации в Сирии, так и по проблеме Кипра, не говоря уже о событиях в Крыму. В - четвертых, реальная угроза укрепления позиций «Исламского государства», запрещенного в России, как в самом Азербайджане, так и на общей границы с Грузией и Россией, а также риски, связанные с возможным возвращением боевиков ИГИЛ на родину. В-пятых, несмотря на ровные отношения между Баку и Тегераном, Иран выступает против размещения в зоне Карабахского конфликта международных миротворцев, что, на взгляд Тегерана, может привести к эскалации вооруженного противостояния и создать для него дополнительные риски[22]. Это в какой-то степени может негативно сказаться на решении Карабахского конфликта, а также стать одной из козырных карт Тегерана в его игре с Анкарой в отношении роли Турции на Кавказе.

Похоже, что сегодня Баку все еще не готов к финальному выбору, что вынуждает его разделять позицию Москвы по сохранению статус-кво, принимая ее неготовность к «размораживанию» конфликта. В условиях сложившейся ситуации острая необходимость к привлечению внешних акторов, способных восстановить территориальную целостность Азербайджана, отступает на второй план: сегодня риски слишком высоки и этого не может не понимать Баку.

Таким образом, если Грузия и Армения, четко обозначившие свои внешнеполитические приоритеты, в настоящее время обеспокоены ослабевающими темпами встречного движения со стороны Запада ( в случае Грузии, и России - в случае Армении), что не придает им необходимой уверенности относительно сделанного выбора, то Азербайджан все еще не готов к обретению своего ключевого внешнего союзника.


Ссылки

[*] Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского Гуманитарного научного фонда по проекту №15-37-11138 а(ц)

[1] https://www.congress.gov/bill/113th-congress/senate-bill/2277/text

[2] http://eu-nato.gov.ge/en/nato/relations/integration/ngc

[3] http://regnum.ru/news/1107970.html

[4] http://www.nato.int/cps/en/natolive/topics_38988.htm

[5] http://www.cfr.org/nato/wales-summit-declaration/p33394

[6] http://www.interpressnews.ge/en/politicss/75888-no-map-will-be-granted-this-time--james-appathurai.html?ar=A

[7][7] http://interfax.com.ua/news/general/312455.html

[8] http://www.parliament.ge/en/media/axali-ambebi/the-european-parliament-ratified-the-eu-georgia-association-agreement.page

[9] https://www.ndi.org/NDI-Poll-Georgia-Press-Release

[10] http://povertydata.worldbank.org/poverty/country/GEO

[11] Ibid

[12] http://www.kremlin.ru/events/president/news/50971/videos

[13] http://www.odkb-csto.org/

[14] http://news.online.ua/680412/armeniya-ofitsialno-prisoedinilas-k-evraziyskomu-ekonomicheskomu-soyuzu/

[15] http://www.osce.org/mg

[16] http://carnegieendowment.org/2014/05/07/nagorny-karabakh-keys-to-settlement/ha7v?reloadFlag=1

[17] http://news.am/eng/news/292815.html

[18] http://www.mountainous-karabakh.org/book_19.html#.VjJg39LhDcs

[19] http://news.day.az/politics/494318.html

[20] http://www.marietjeschaake.eu/2015/09/european-parliament-resolution-on-azerbaijan/

[21] https://www.congress.gov/bill/114th-congress/house-bill/4264/text

[22] http://en.trend.az/azerbaijan/karabakh/2295537.html



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.