Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№2, 2016

ТРАНСТИХООКЕАНСКОЕ ПАРТНЁРСТВО: ВЫГОДЫ И ИЗДЕРЖКИ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ КАНАДЫ

Л. А. Немова,
к.э.н.,
зав. сектором экономики Канады
Института США и Канады РАН
e-mail:

Аннотация. Проанализированы особенности и результаты переговоров по соглашению о Транстихоокеанском партнёрстве, которые велись с участием 12 стран региона по инициативе и при доминирующей роли США. Выявлены основные черты ТТП как соглашения нового типа, предполагающего радикальные перемены в режиме для иностранных инвестиций и в урегулировании конфликтов между инвесторами и принимающей страной. Оценки канадскими экспертами возможных выгод и издержек, связанных со вступлением страны в ТТП, сильно варьируются по сути и тональности. При этом преобладает мнение, что соглашение должно быть ратифицировано в Канаде не ранее, чем это произойдёт в США.

Ключевые слова: Транстихоокеанское партнёрство, ТТП, США, Канада, экономика Канады.

TRANS-PACIFIC PARTNERSHIP VIEWED FROM CANADA: COSTS AND BENEFITS

Nemova Liudmila Alexeevna,
Ph. D. in Economics
Head of Section
the Institute of USA and Canada Studies
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. The article analyzes the process and the main results of negotiations of the Trans-Pacific Partnership agreement. It looks at the specific features of the TPP, which is widely referred to as a “new type” of the trade and investment deals that bring radical changes to the foreign investment regime and the dispute-settlement mechanisms. The expert assessments of the possible implications of the TPP for the Canadian economy are highly divergent. Despite controversy, the dominant view is that the TPP agreement should not be ratified in Canada before it is ratified in the USA.

Keywords: Trans-Pacific Partnership, TPP, USA, Canada, Canadian economy.

Основные параметры Транстихоокеанского партнёрства

На настоящий момент Транстихоокеанское партнёрство – самый большой в мире региональный торгово-экономический блок. Население двенадцати стран-участниц в начале 2016 г. превышало 800 млн. человек, совокупный ВВП составлял около 28 трлн. долл. США. Доля нового блока в мировом ВВП и экспорте достигает примерно 40%. Шесть государств имеют развитую рыночную экономику, это – США, Япония, Канада, Австралия, Сингапур, Новая Зеландия. Остальные шесть относятся к числу развивающихся рынков: Мексика, Чили, Перу, Вьетнам, Малайзия, Бруней.

Все двенадцать стран блока ТТП входят в состав организации Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Важными членами этой организации являются Китай и Россия, но они не входят в ТТП. В начале февраля 2016 г., незадолго до подписания окончательного варианта соглашения, президент США Барак Обама открыто обозначил один из главных мотивов создания нового торгово-экономического блока: «ТТП позволяет именно Америке – а не таким странам, как Китай – устанавливать правила движения в 21 веке, и это особенно важно в таком динамично развивающемся регионе, как Азиатско-Тихоокеанский»[1].

В Канаде ещё в начале 2015 г. обратили внимание на то, что Соединённые Штаты стремятся ускорить завершение переговоров по ТТП и оказывают в связи с этим давление на партнёров. Давление особенно усилилось после того, как в конце апреля 2015 г. представители Китая и ещё 15 стран Азиатско-Тихоокеанского региона встретились в Австралии для обсуждения планов создания в ближайшем будущем так называемого Регионального всеобъемлющего экономического партнёрства (Regional Comprehensive Economic Partnership, RCEP)[2]. Беспокойство администрации Барака Обамы также вызывал проявившийся в ходе предвыборной кампании подъём анти-«фритредерских» настроений среди потенциальных избирателей, представителей левого крыла Демократической партии, как и правого фланга Республиканской партии.

В призывах поддержать создание Транстихоокеанского партнёрства при доминирующей роли США президент Б.Обама активно использовал аргумент растущей угрозы со стороны Китая как конкурента в глобальной экономике. «Китай ведёт переговоры по торговому соглашению, которое позволит ему занять самые быстро растущие рынки за наш счёт, нанеся ущерб рабочим местам, бизнесу и производству товаров в Америке» – написал президент США в материале, опубликованном в газете Вашингтон пост в начале мая 2016 г. Барак Обама выразил понимание скептических настроений, связанных с разочарованием рядовых американцев по поводу результатов глобализации, которая привела к оттоку многих производств и рабочих мест в страны с дешёвой рабочей силой. Однако президент США предупредил об опасности «выстраивания стен», изолирующих страну от глобальной экономики. «Вместо этого Америка должна написать правила. Америка должна определять цели. Другие страны должны играть по правилам, установленным Америкой и её партнёрами, а не наоборот. ТТП даст нам возможность сделать это»[3].

В комментариях, полученных по поводу данного заявления агентством Рейтерс в министерстве иностранных дел Китая, было указано, что Региональное всеобъемлющее экономическое партнёрство «открыто для всех стран ТТП и вместе оба блока могли бы создать зону свободной торговли во всём Азиатско-Тихоокеанком регионе». Правила для мировой торговли «должны определяться всеми странами, а не какой-либо одной»[4].

Следует отметить, что официально выдвинув в 2014 г. инициативу создания Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (Asian Infrastructure Investment Bank, AIIB), Китай проводил широкие консультации в регионе АТЭС и за его пределами, не выдвигая жёстких ограничений по составу участников новой международной финансовой организации. В результате в состав учредителей Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ) вошли 37 стран, представляющих азиатский регион, они владеют 75% капитала банка. Наряду с этим учредителями стали ещё 20 нерегиональных государств с общей долей в капитале в 25%. В том числе – такие члены группы семи ведущих рыночных стран, как Германия, Франция, Великобритания, Италия. А «заметным исключением» стали США, Япония и Канада, не подавшие заявок на статус учредителей банка до конца декабря 2015 г., когда вступило в силу соглашение о создании АБИИ. В его капитале (100 млрд. долл., примерно половина капитала Всемирного банка) КНР, Индия и Россия располагают первой, второй и третьей по величине долями: 29,78%; 8,37% и 6,54%, соответственно. 16 января 2016 на первом заседании совета директоров АБИИ в штаб-квартире в Пекине было официально объявлено о готовности банка начать работу[5].

Таким образом, практически одновременно в Азиатско-Тихоокеанском регионе были созданы две мощные международные организации, имеющие разные цели, разных доминирующих партнёров, но отчасти совпадающий состав участников. Из 12 членов Транстихоокеанского партнёрства шесть стран – Австралия, Бруней, Вьетнам, Малайзия, Новая Зеландия и Сингапур – стали учредителями Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. Из публикаций в зарубежных СМИ известно, что США оказывали давление на такие страны, как Австралия, Великобритания, Южная Корея, с целью «убедить их воздержаться от участия в международном банке, возглавляемом Китаем»[6]. В 2015 г. прежнее правительство Канады во главе со Стивеном Харпером отклонило предложение войти в состав учредителей АИИБ. Новое правительство, возглавляемое премьер-министром Джастином Трюдо рассматривает этот отказ как «утраченную возможность».

Что принципиально ново в торгово-инвестиционном соглашении ТТП?

ТТП относят к соглашениям нового типа. Они предполагают не только полное таможенное разоружение по большинству групп товаров во взаимной торговле. (Такие условия закреплены в ряде уже действующих соглашений, в частности, в НАФТА, а также в некоторых двусторонних договорах о свободной торговле). Наряду с этим в соглашениях нового типа закреплены обязательства, касающиеся высокой степени открытости для инвестиций, согласования подходов в области государственной регламентации экономики. Предполагается также радикальное изменение механизмов разрешения споров между иностранными компаниями и правительствами принимающей страны.

Первым из подписанных соглашений нового типа стало Всеобъемлющее торгово-экономическое соглашение между Канадой и Европейским союзом (Comprehensive Economic and Trade Agreement – CETA)[7]. Примечательно, что оно было официально подписано в августе 2014 г., а опубликовано в полной версии только 26 сентября 2014 г. Соглашение о Транстихоокеанском партнёрстве было подписано 4 февраля 2016 г. На процесс ратификации отводится два года. Если он пройдёт успешно, то оба соглашения могут вступить в силу в 2017 г.

Более детально принципиальную новизну современных торгово-экономических соглашений можно охарактеризовать следующим образом.

Во-первых, предполагается согласование и последующее сближение («конвергенция») подходов к госрегулированию почти во всех отраслях экономики, включая финансовый сектор. В договоре НАФТА такого рода обязательства не закреплены, и согласование подходов по вопросам экономической политики осуществляется на добровольной основе. Канаде, в частности, до сих пор удавалось в основном сохранить действующие здесь принципы финансового регулирования, обеспечившего эффективную защиту от глобального кризиса. Используя соглашение СЕТА, Германия и Великобритания добиваются большей «открытости» финансового сектора Канады и сближения принципов его регулирования с европейскими. Следует отметить, что СЕТА объединяет только развитые рыночные страны, тогда как Транстихоокеанское партнёрство включает страны, сильно различающиеся не только по масштабам, но и по уровню развития экономики. Это определит и характер «сближения подходов» в сфере государственной экономической политики.

Во-вторых, рынок контрактов на поставки товаров и выполнение работ для госструктур (government procurement) должен быть открыт для иностранных инвесторов и производителей. Этот принцип упомянут в правилах ВТО. Однако всерьёз и последовательно он нигде не реализуется по весьма важным причинам. В современных условиях госзакупки и проекты государственно-частного партнёрства относятся к числу тех немногих инструментов, которые правительства могут использовать для поддержки национального бизнеса. В Канаде, где по конституции провинциям предоставлена большая хозяйственная самостоятельность, именно региональными власти имеют возможность проводить гибкую экономическую политику. Однако в скором будущем свобода маневра может быть существенно ограничена по следующей причине.

В-третьих, новые соглашения предполагают, что обязательства по «конвергенции» госрегулирования и открытости рынков госконтрактов должны быть со временем распространены не только на центральные правительства, но и на власти регионального и муниципального уровня. Между тем после подписания договора СЕТА регионы и муниципалитеты – не только в Канаде, но и во многих странах ЕС – опасаются того, что конкуренция со стороны иностранных компаний отрицательно скажется на деловой активности и занятости местного населения.

В-четвёртых, СЕТА и ТТП предусматривают создание двусторонних экспертных комиссий для разрешения споров между иностранными компаниями и правительствами принимающей страны. (Так называемые investor-to-state-dispute-settlement mechanisms, сокращённо – ISDS). Именно это новшество вызвало наибольшие противоречия в ходе переговоров между Канадой и ЕС. Речь идёт о принципиально новом порядке рассмотрения жалоб и присуждения компенсаций иностранным инвесторам и производителям в случае «неправомерных действий» правительств. Жалобы можно будет направлять в такие комиссии напрямую – без посредничества госструктур собственной страны, без первоначального обращения в суды принимающей страны и в международные суды.

С момента создания ВТО на подобной «дебюрократизации» рассмотрения торгово-инвестиционных споров настаивали ТНК и крупнейшие компании США и Великобритании. Известно, что правительство Канады, как и многие правительства и организации в Европе (в частности, в Германии), возражали против введения механизмов ISDS, но после введения корректив в порядок формирования экспертных комиссий, согласие ЕС и Канады по этому вопросу было всё-таки достигнуто. Положения о ISDS вошли в соглашение о Транстихоокеанском партнёрстве.

Предполагается, что отныне развитые рыночные страны будут настаивать на включении новых механизмов урегулирования торгово-инвестиционных споров во все действующие и вновь заключаемые соглашения о свободной торговле. Так, например, правительство Стивена Харпера уже выдвинуло такое требование в 2015 г. в ходе переговоров с Индией. Однако там опасаются, что, в случае конфликтов с иностранными инвесторами и производителями, формально независимые экспертные группы не будут адекватно отражать интересы Индии. Правительство же Канады подвергло сомнению компетентность и независимость индийской системы судопроизводства. Из-за разногласий переговоры по двустороннему соглашению о свободной торговле были прерваны на неопределённый срок, а в отношениях двух стран возникла заметная напряжённость.

Процесс переговоров по ТТП и его результаты с точки зрения Канады

Переговоры по Транстихоокеанскому партнёрству были начаты по инициативе США ещё в 2008 г. Канадская сторона заявила о желании присоединиться к ним с самого начала, однако приглашение участвовать в совещаниях было получено только в 2012 г. – после того, как Канада пошла на уступки, обещав отказаться от определённых мер господдержки производителей сельскохозяйственной продукции.

Характер переговоров, проводившихся при доминирующей роли США, во многом определил содержание итогового соглашения, как и возможные последствия его реализации для канадской экономики. Предлагая некоторым странам АТЭС вступить в особые партнёрские отношения, Соединённые Штаты в реальности выстраивали эти отношения с нарушением принципов мультилатерализма. По свидетельству канадских экспертов, американская делегация предпочитала обсуждать условия либерализации торговых и инвестиционных режимов с каждым будущим участником ТТП по отдельности, а не в рамках общих дискуссий с участием всех делегаций. Предварительные договорённости о двусторонних уступках не предавались огласке и сохранялись в секрете от остальных участников переговоров.

В августе 2015 г. в ходе Гавайского раунда это привело к конфликтам, из-за которых пришлось отсрочить подписание документа о принципиальном согласии сторон заключить соглашение ТТП. Серьёзный конфликт возник, в частности, по той причине, что до начала официальных совещаний США провели двусторонние переговоры с Японией об условиях торговли продукцией автомобилестроения. Было достигнуто предварительное согласие по балансу взаимных уступок, выгодному для американской стороны, но наносящему ущерб интересам Канады и Мексики – других двух партнёров по интегрированному автомобилестроительному комплексу в Северной Америке. То обстоятельство, что делегация США не была уполномочена вести переговоры от имени всех трёх стран, выяснилось только во время многосторонних совещаний. Представители Канады и Мексики отказались принять условия предварительного «сепаратного соглашения». Делегация Японии принесла им извинения и выразила готовность продолжить переговоры после выработки согласованных позиций партнёров по НАФТА.

Документ о принципиальной договорённости заключить соглашение о Транстихоокеанском партнёрстве был подписан странами-участницами 5 октября 2015 г. в Атланте, за две недели до проведения в Канаде всеобщих парламентских выборов. Таким образом, все переговоры по ТТП с канадской стороны велись представителями правительства Консервативной партии во главе со Стивеном Харпером. Находившаяся тогда в оппозиции Либеральная партия критиковала консерваторов за неадекватность усилий, предпринимаемых для отстаивания национальных интересов. Джастин Трюдо, глава нового правительства, сформированного после победы на выборах Либеральной партии, подписал окончательный вариант соглашения о ТТП во время саммита стран-участниц 4 февраля 2016 г. в Окленде (Новая Зеландия). Вместе с тем было заявлено, что ратификации соглашения будет предшествовать детальное и гласное обсуждение достигнутых договорённостей.

Оценки, основанные на первичном анализе гигантского во многих смыслах соглашения (так, объём окончательного текста превосходит 6 тысяч страниц), сильно различаются по сути и общей тональности. Спектр мнений варьируется от безусловно положительных до весьма критичных. Главная причина подобных контрастов заключается в том, что в каждом масштабном и сложном договоре имеются выигравшие и проигравшие стороны. По мнению экспертов, в случае соглашений нового типа, таких, как СЕТА и ТТП, в числе проигравших могут оказаться не только отдельные компании, но также целые отрасли и регионы.

С точки зрения активных сторонников создания ТТП, выгоды от вступления Канады в этот торгово-экономический блок велики, а издержки – незначительны. В первую очередь акцент делается на масштабах новых рынков, к которым получат преференциальный доступ канадские экспортеры. В особенности это касается закрытых высокими барьерами рынков Японии, Малайзии, Вьетнама. Указывают также на дополнительную ценность соглашения ТТП как образца для переговоров Канады с новыми партнёрами, среди которых в скором времени могут оказаться Индонезия, Тайвань и, возможно, Китай[8].

Аналитики также отмечают, что значение ТТП выходит далеко за рамки роста экспортных возможностей. Не менее важно устранение препятствий для встречного потока импорта, поскольку потребители – население и бизнес – получат возможности широкого выбора наиболее качественных и выгодных по цене товаров и услуг. Усиление конкуренции со стороны иностранных инвесторов и производителей рассматривается как фактор, который в целом окажет благотворное воздействие на канадскую экономику. Дэниэл Шванен, директор крупного исследовательского центра Си Ди Хоу Инститьют, излагая аргументы в поддержку вступления Канады в Транстихоокеанское партнёрство и срочной ратификации соглашения, опирается на следующий вывод. «Развитие торговли, поддерживая рост производства и доходов, может стать мощным фактором противодействия негативным последствиям «нефтяного шока», роста потребительской задолженности и иным внутренним проблемам... Расширение рынков открывает новые возможности для роста конкуренции, а это приносит выгоды канадцам как потребителям и налогоплательщикам»[9].

Активные сторонники ТТП рекомендуют как можно скорее ратифицировать соглашение и предпринять действия для распространения в деловых кругах и обществе «адекватных представлений» об открывающихся новых возможностях и потенциальных выгодах.

С другой стороны, по результатам исследований ряда авторитетных экспертов сделаны выводы, что участие в Транстихоокеанском партнёрстве будет оказывать весьма противоречивое воздействие на канадскую экономику. В частности, авторы детального исследования, осуществлённого по заказу бизнес-ассоциации Деловой совет Канады (Business Council of Canada, до 28 января 2016 г. организация носила название Канадский совет высших управляющих), считают, что, несмотря на громкие заявления, влияние ТТП на внешнюю торговлю Канады будет весьма скромным[10].

Во-первых, в результате прежде заключённых двусторонних соглашений о свободной торговле, многие таможенные пошлины уже были снижены или устранены. В АТР Канада имеет такие соглашения с США, Мексикой, Чили и Перу. Подсчитано, что на эти страны приходится порядка 96% канадского экпорта и 92% импорта в общем объёме товарообменов Канады со всеми участниками блока ТТП. Новое соглашение должно помочь канадским экспортёрам со временем расширить своё присутствие в Японии, Малайзии, Вьетнаме и некотороых других странах. Однако следует иметь в виду, что на новых рынках канадским производителям и инвесторам будут противостоять сильные конкуренты. В торговле наукоёмкой продукцией и услугами это, прежде всего – США, Япония, Сингапур. В торговле промышленным сырьём, энергоносителями, продовольствием помимо Канады активно участвуют Австралия, Мексика, США, Новая Зеландия, Перу и Чили.

Во-вторых, анализ итоговых документов показывает, что ТТП по существу представляет собой не «полноценное соглашение о либерализации торговли и инвестиций», а «набор с трудом достигнутых взаимных уступок»[11]. Привилегии беспрепятственного доступа на рынки стран-партнёров по-прежнему предоставлены выборочно. В отношении некоторых «чувствительных» групп товаров, услуг и инвестиций сохраняются ограничения, для соблюдения которых необходим постоянный контроль. Таким образом, частичное устранение прежде действовавших бюрократических барьеров потребует новых бюрократических процедур.

В-третьих, снижение нетарифных барьеров в торговле товарами предполагает сокращение издержек, связанных с пересечением государственных границ, а также устранение нестыковок и дублирования в процедурах контроля над ввозимыми товарами. Такого рода работа остаётся важной. Однако она уже осуществляется на основе правил и механизмов, предусмотренных соглашениями в рамках ВТО. В этом плане ТТП также мало что добавляет.

В-четвёртых, новое соглашение ухудшает конкурентные позиции канадских автомобилестроителей, как на внешних, так и на внутренних рынках[12]. Продолжение переговоров после конфликта в августе 2015 г. мало что изменило в их конечном результате. Таможенный тариф на ввоз в Канаду японских автомобилей (6,1%) будет сведён к нулю в течение пяти лет. США договорились о постепенном снижении аналогичных пошлин в течение 25 лет. В невыгодном положении оказались канадские производители деталей и узлов для североамериканских сборочных предприятий. В соглашении о Транстихоокеанском партнёрстве закреплено право Японии поставлять в Северную Америку автомобили, в которых значительно увеличена доля компонентов, производимых за пределами самой Японии, в странах с гораздо более низкими издержками на рабочую силу. В зоне ТТП это Малайзия и Вьетнам, а вне зоны – Китай и Таиланд. Японские поставщики автомобилей получат дополнительные конкурентные преимущества, тогда как в Канаде через несколько лет будут отменены ввозные пошлины, обеспечивающие определённую степень защиты местных производителей[13]. В данном случае в выигрыше окажутся потребители. Однако потери рабочих мест на предприятиях канадского автопрома, по оценкам экспертов, могут достичь 20 тысяч. Ощутимый ущерб может быть нанесён экономике провинции Онтарио, в которой сосредоточено большинство этих предприятий. Неслучайно федеральным правительством была создана межведомственная группа по разработке пакета мер для поддержки отрасли и региона.

Особую обеспокоенность в Канаде вызывают положения ТТП, касающиеся условий технологических обменов и защиты прав интеллектуальной собственности. По мнению канадских специалистов, первый вариант соглашения был разработан американскими экспертами таким образом, чтобы закрепить научно-техническое и инновационное превосходство США над партнёрами по ТТП и ограничить их возможности изменить предложенные условия с учётом собственных интересов[14]. В ходе обсуждений, прошедших после публикации полного текста соглашения, именно эти разделы вызвали наиболее острые дискуссии. Были внесены некоторые изменения. Однако, как считают некоторые ведущие специалисты в области инноваций, соглашение ТТП в его окончательном варианте «ставит канадских участников инновационного процесса в заведомо невыгодное положение, вынуждая их играть по правилам, установленным доминирующим партнёром – Соединёнными Штатами»[15]. Канадские компании будут вынуждены «дорого платить за чужие идеи», не имея возможности зарабатывать на собственных, что приведёт к большим потерям для канадского бизнеса и всей национальной экономики.

Отмечается также, что ограничения для развития инновационного потенциала препятствуют превращению динамичных компаний малого и среднего бизнеса в крупные компании регионального и мирового уровня. Более того, соглашение ТТП в его нынешнем варианте может навсегда закрепить отставание Канады в области научно-технического развития и инноваций. Строгое соблюдение новых правил будет подкрепляться действием реформированных механизмов урегулирования конфликтов (ISDS), которые предусматривают замену судов экспертными комиссиями при рассмотрении жалоб иностранных инвесторов на «неправомерные действия» госструктур принимающей страны.

Перспективы ратификации соглашения о Транстихоокеанском партнёрстве

При всех противоречиях в оценках возможных последствий вступления Канады в ТТП в экспертном сообществе преобладает мнение, что стране необходимо участвовать в новом региональном блоке. Главные аргументы формулируются примерно следующим образом: нельзя оставаться в стороне, «когда другие участники игры договариваются между собой»; Канада вряд ли сможет успешно конкурировать со странами того блока, в котором она не участвует.

Для вступления в Транстихоокеанское партнёрство Канада, как и другие страны, должна ратифицировать соглашение в течение двух лет с момента его подписания 4 февраля 2016 г. Похоже, что позиции сторонников незамедлительной ратификации в Канаде не слишком сильны. Главное, что таких позиций не придерживается премьер-министр страны Джастин Трюдо и возглавляемое им правительство. Дж. Трюдо неоднократно подчёркивал, что Либеральная партия и он лично являются убеждёнными последователями принципов свободной торговли. Однако при этом уточняется, что конкретное содержание и возможные последствия соглашения ТТП должны быть тщательно изучены и обсуждены в обществе, как и в ходе парламентских дебатов. Подобные аргументы регулярно озвучивает и министр международной торговли Кристия Фрилэнд во время встреч с представителями деловых кругов и властями регионов в Канаде, а также в зарубежных поездках[16].

Остаётся неясным весьма важный вопрос: возможно ли по результатам консультаций и обсуждений внести поправки в уже подписанное соглашение? До середины 2016 г. канадские эксперты считали, что это практически нереально: установленные процедуры таковы, что внесение изменений по инициативе одной страны или группы стран в каждом случае требует согласия всех остальных партнёров. Между тем, весьма вероятно, что предложения по дополнениям и поправкам возникли у многих членов ТТП после детального анализа полного текста соглашения (он был опубликован только 5 ноября 2015 г. после «утечки» в СМИ отдельных фрагментов). Следовательно, для обсуждения вариантов изменений, формально необходимо возобновить процесс многосторонних переговоров. Что было маловероятным в условиях, когда в феврале-марте 2016 г. президент США Барак Обама настаивал на том, чтобы процесс ратификации ТТП начался в странах-партнёрах как можно быстрее[17].

Однако быстрого старта не получилось прежде всего из-за обострения внутриполитической борьбы в самих Соединённых Штатах. В ходе предвыборной кампании обсуждение противоречивых результатов глобализации выявило неприятие многими избирателями новых торгово-инвестиционных соглашений. Главный кандидат в президенты от Республиканской партии Дональд Трамп изначально выступал против Транстихоокеанского партнёрства, называя его «ужасным соглашением». Хиллари Клинтон в конце апреля 2016 г., до того как она стала основным претендентом на президентский пост от Демократической партии, заявила о своем критическом отношении к ТТП, указав, что многие пункты соглашения вызывают у нее недоумение. Поскольку несколько лет назад, в бытность госсекретарём США Хиллари Клинтон говорила о ТТП как о «золотом стандарте» международных договоров, то перемена позиций потребовала объяснений. Советники Хиллари Клинтон по вопросам внешней политики уточнили, что она «по-прежнему поддерживает цели ТТП, призванного продвигать интересы США в регионе». Однако «соглашение в его нынешнем виде не соответствует трём главным из требуемых условий: создавать рабочие места в Соединённых Штатах, увеличивать заработки в стране и усиливать национальную безопасность»[18].

Если отказ нынешней или новой администрации США от ратификации ТТП считается маловероятным, то вероятность пересмотра отдельных пунктов соглашения американские эксперты оценивают, напротив, как весьма высокую. Новому президенту США наверняка придётся «так или иначе учесть предлагаемые поправки, чтобы повысить шансы последующей ратификации соглашения в конгрессе»[19].

Это означает, что и остальные страны-участницы Транстихоокеанского партнёрства могут попытаться отчасти изменить уже подписанные договорённости с учётом собственных интересов. В Канаде преобладает мнение, что в любом случае соглашение о ТТП здесь не стоит ратифицировать до того, как это произойдёт в США.

Между тем в бизнес-сообществе и в среде экспертов весьма сильны позиции тех, кто считает необходимым форсировать переговоры о свободной торговле с Китаем. Активность сторонников «перезагрузки» торгово-инвестиционных отношений со второй крупнейшей экономикой мира заметно возросла после того, как в конце 2015 г. вступило в силу соглашение о свободной торговле между Китаем и Австралией, которая по многим экспортным позициям является прямым конкурентом Канады в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Правительство Джастина Трюдо проявляет в вопросах взаимоотношений с Китаем явную осторожность. Вопреки ожиданиям и не подтверждённым сообщениям в СМИ, до завершения в конце июня сессии федерального парламента не было объявлено о подготовке предложений о полномасштабном торгово-инвестиционном соглашении с этой страной. Как заявила министр международной торговли К.Фриланд, «теоретически было бы замечательно со временем заключить такое соглашение, но для этого нам необходима широкая общественная поддержка»[20]. По оценкам экспертов, общий тон заявления министра отражает в целом осторожный подход канадского правительства, которое, принимая серьёзные решения по развитию сотрудничества с Китаем, должно заручиться поддержкой не только со стороны бизнеса, но и рядовых канадцев.


Ссылки

[1] Цит. по: Rhodan M. Obama Urges Swift Passage of TPP Trade Deal // Time Magazine. Feb. 3, 2016 http://time.com/4207350/barack-obama-tpp-trade-deal/

[2] VanderKlippe N. TPP deal a way for U.S. to reassert primacy over China. The Globe and Mail. 05.10.2015 https://www.google.ca/?gws_rd=ssl#q=TPP+deal+a+way+for+U.S.+to+reassert+primacy+over+China

[3] President Barack Obama. The TPP would let America, not China, lead the way on global trade. The Washington Post. May 2, 2015 https://www.washingtonpost.com/opinions/president-obama-the-tpp-would-let-america-not-china-lead-the-way-on-global-trade/2016/05/02/680540e4-0fd0-11e6-93ae-50921721165d_story.html

[4] Obama says Chinese-led trade deal shows need for TPP. Reuters. 03.05. 2016 http://www.reuters.com/article/us-trade-tpp-obama-idUSKCN0XT1WZ

[5] Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Минэкономразвития России. 19 апреля 2016г. (economy.gov.ru›investcoop/aiib); В Пекине начал работу Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Ведомости. 16.01.2016 (vedomosti.ru›economics/articles/2016/01/16/624237)

[6] Watt, N., Lewis, P., Branigan, T. US anger at Britain joining Chinese-led investment bank AIIB. The Guardian. 15 March 2015. Europeans defy US to join China-led development bank. Financial Times. 16 March 2015.

[7] См.: Немова Л.А. Всеобъемлющее торгово-инвестиционное соглашение между Канадой и Евросоюзом: взгляд из Канады // Электронный журнал «Россия и Америка в XXI веке», №3, 2013, www.rusus.ru

[8] Burney D., Hampson F. TPP deal a clear win for Canada. The Globe and Mail, 05.10. 2015. (http://www.theglobeandmail.com/opinion/tpp-deal-a-clear-win-for-canada/article26651803/)

[9] Schwanen D. At the Global Crossroads: Canada’s Trade Priorities for 2016. C.D. Howe Institute. March 3, 2016. P.2 (www.cdhowe.org)

[10] Ciuriak D., Dadkhah A., and Xiao J. Better In Than Out? Canada and the Trans-Pacific Partnership. C.D. Howe Institute. April 21, 2016. P. 16 (www.cdhowe.org)

[11] Corcoran T. Big TTP trade deal – no boon to free trade. The Financial Post. 31.08.2015 (http://financialpost.com/terence-corcoran-big-ttp-trade-deal-no-boon-to-free-trade)

[12] Chase S., Keenan G. Canadian auto sector alarmed by concessions revealed in full TPP text. The Globe and Mail. 06.11.2015 ( http://www.theglobeandmail.com/report-on-business/canadian-auto-sector-alarmed-by-concessions-revealed-in-full-tpp-text/article27138225/)

[13] Head K. How will the TPP affect the auto industry? World Economic Forum. Trade and FDI. November 13, 2015 (https://www.weforum.org/agenda/2015/11/how-will-the-tpp-affect-the-auto-industry/)

[14] Wolfe D. Canada’s TPP negotiation strategy ignores a crucial piece of advice. Report on Business. The Globe and Mail. 26.03.2016 (http://www.theglobeandmail.com/report-on-business/rob-commentary/canadas-tpp-negotiation-strategy-ignores-a-crucial-piece-of-trade-advice/article29395018/)

[15] Balsillie J. For Canadian innovators, will TPP mean protection – or colonialism? The Globe and Mail. 30.01.2016 (http://www.theglobeandmail.com/report-on-business/rob-commentary/for-canadian-innovators-will-tpp-mean-protection-or-colonialism/article28462854/)

[16] Curry B. Obama presses Canada for quick TPP approval. The Globe and Mail. 18.11.2015 (http://www.theglobeandmail.com/news/politics/obama-presses-canada-for-quick-tpp-approval/article27315695/)

[17] Rhodan M. Obama Urges Swift Passage of TPP Trade Deal. Time Magazine. Feb. 3, 2016 (http://time.com/4207350/barack-obama-tpp-trade-deal/)

[18] Pennington M. Clinton pivots from Obama's Asia policy with TPP opposition. Associated Press. 22.04. 2016 (http://bigstory.ap.org/article/4286ca9f6ae7408b9536c73e6f7eb947/clinton-resistance-trade-pact-break-obama-policy)

[19] Ikenson D. An American take on the TPP. The Financial Post. 06.10.2016 (http://business.financialpost.com/fp-comment/an-american-take-on-the-tpp)

[20] O’Neil P. Ottawa looking to boost ties with China with major internal review. Postmedia News. 05.04.2016 (http://news.nationalpost.com/news/canada/canadian-politics/ottawa-looking-to-boost-ties-with-china-with-major-internal-review-youth-engagement-strategy)



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.