Печать
?1, 2018

РОССИЯ И КИТАЙ В ПОЛИТИКЕ АДМИНИСТРАЦИИ ДОНАЛЬДА ТРАМПА: ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЧЕРНО-БЕЛОМУ ТРАДИЦИОНАЛИЗМУ

С.М. Самуйлов, д.и.н.,
главный научный сотрудник
Отдела внешнеполитических исследований
Института США и Канады РАН
e-mail:

Аннотация. В статье объясняются причины разительного отличия предвыборных обещаний Д. Трампа в отношении России и Китая от реальной политики его администрации в отношении этих стран, в частности, их зачисления в 'противники' и 'соперники' США на международной арене. Автор полагает, что такой американский черно-белый подход дает новый импульс для дальнейшего геополитического и экономического сближения КНР и РФ.

Ключевые слова: предвыборные обещания, 'сговор' с Кремлем, угроза импичмента, антироссийские санкции, черно-белое восприятие мира, 'противники' и 'соперники', возможность торговой войны, необходимость сотрудничества.


DONALD TRUMP'S ADMINISTRATION POLICY TOWARD RUSSIA AND CHINA: COMEBACK TO BLACK AND WHITE TRADITIONALISM

Sergey M. Samuylov
Doctor of Historical Sciences
Senior Research Fellow
Department for Foreign Policy Studies
Institute for the US and Canadian Studies
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. . The article touches upon such issues of modern American politics as the origins of drastic differences between D. Trump's pre-election promises and his administration's real policy towards Russia and China. Special attention is paid to the official Washington's view of both countries as American 'rivals' and 'competitors'. The author argues that such American black and white approach gives a new impulse for further geopolitical and economic cooperation between China and Russia.

Keywords: pre-election promises, 'collusion' with Kremlin, impeachment threat, sanctions against Russia, black and white perception of the world, 'rivals' and 'competitors', possibility of trade war, necessity for cooperation.

Победа несистемного новичка в политике, кандидата от республиканцев, миллиардера Дональда Трампа на президентских выборах 2016 г. оказалась шоком как для Демократической партии, доминирующих в США либеральных СМИ и, в целом, вашингтонского истеблишмента, так и для европейских лидеров. Она также стала большой неожиданностью для всего мира, включая Россию.

Первый год его президентства был ознаменован беспрецедентными в новейшей истории США политическими преследованиями Трампа со стороны вашингтонской элиты и травлей со стороны данных СМИ, чреватые его возможным импичментом. Еще в период избирательной кампании демократы и эти СМИ раздули миф о якобы имевшем место 'сговоре' (collusion) между предвыборной командой Трампа и Кремлем и о том, что он был 'марионеткой Путина'. В итоге он и одержал 'незаконную победу' на выборах. В марте 2017 г. сразу же несколько комитетов Конгресса начали расследования по поиску доказательств наличия 'сговора'. Затем в мае была создана Служба специального прокурора во главе с экс-директором ФБР Робертом Мюллером, которая развернула аналогичное расследование.

Трамп, осознав, что над ним нависла угроза возможного импичмента, то есть парламентского суда, начал борьбу за свое политическое выживание. В рамках этой борьбы ему пришлось отказаться от выполнения многих предвыборных обещаний и в угоду вашингтонской элите начать действовать вопреки им.

Где-то в октябре-ноябре 2017 г. большинству республиканцев и части демократов в Конгрессе стало ясно, что, несмотря на многочисленные интенсивные расследования, опросы множества свидетелей, изучение огромного количества документов, никаких доказательств наличия 'сговора' найти не удалось. Республиканцы, которым принадлежало большинство в обеих палатах, начали оказывать сильное политическое давление на Мюллера и его команду с целью прекращения их расследований.

Также ради политического выживания и завоевания поддержки вашингтонской политико-бюрократической элиты Трамп распорядился ускоренными темпами выработать свою стратегию обеспечения национальной безопасности. Если в предшествующих администрациях на спокойное формирование первого варианта такой стратегии уходило почти полтора-два года, то стратегия Трампа была выработана менее чем за год и появилась уже в декабре 2017 года.

В январе 2018 г. по аналогичным мотивам, то есть так же очень быстро, была обнародована открытая часть Национальной оборонной стратегии. Затем последовали выступление Трампа в Давосе на Всемирном экономическом форуме, его первое обращение к нации, с которым он выступил в Конгрессе.

Указанные документы и выступления довольно четко выявили официальные представления администрации Д. Трампа о формирующемся новом миропорядке, основных внешнеполитических целях Вашингтона и методах их достижения.

В данной статье, во-первых, сравниваются предвыборные обещания Трампа с официальными представлениями его внешнеполитической команды о России и Китае, которые сложились в процессе его борьбы за политическое выживание. Во-вторых, анализируются конкретные шаги Вашингтона в отношении РФ и КНР.

Предвыборные обещания Д. Трампа относительно России и Китая

Основные принципы своей возможной внешней политики Трамп наметил в начале избирательной кампании. Еще в октябре 2015 г. он, в частности, говорил о том, что 'мы должны укрепить свой дом', имея гигантский государственный долг в 19 трлн долларов. По его обоснованному мнению, вмешательство в дела других государств, попытки научить тех, кто столетиями подчинялся диктаторам, как они должны правильно управлять своими государствами, 'не срабатывают'. Трамп сослался на пример Ирака, где американцы осуществили вторжение в марте 2003 г. и казнили экс-главу страны, обладавшего диктаторской властью, Саддама Хусейна. Он счел такие действия 'катастрофой'. Попытка утвердить демократию в Ираке 'не сработала', из чего следовало - 'мы должны сосредоточиться на самих себе'1.

Такой внешнеполитический подход с точки зрения рядовых американцев был вполне здравым, понятным и отвечал национальным интересам США. Но он шел вразрез с внешнеполитической идеологией, которую исповедовала вся американская политическая элита на двухпартийной основе после окончания 'холодной войны'. Несокрушимо веря в 'универсализм', то есть общечеловеческую пригодность своей модели демократии и рыночной экономики и могущество США, как единственной оставшейся сверхдержавы, элита нацелилась на глобальное 'продвижение демократии'. При этом попытки экспорта демократии осуществлялись либо силой, как это было в Боснии, Афганистане, Ираке, Ливии, либо с помощью так называемых 'цветных революций', как это было в Сербии, Грузии, Киргизии, на Украине и других странах. В Белоруссии, несмотря на большие усилия американцев, такой вариант не прошел, не говоря уже о России.

США при всем их могуществе на международной арене выступают государством - историческим подростком, который не имеет ни серьезного, выстраданного исторического опыта, ни глубокого внешнеполитического опыта. Их история не насчитывает и 250 лет, даже если отсчет вести со времени провозглашения Декларации независимости в 1776 г., а не со времени официального создания США. В то же время основные европейские страны, Россия, Китай, Индия и многие другие не столь сильные государства прошли более чем через тысячелетние исторические испытания.

Как следствие, американская политическая элита наивно полагала, что в любой стране, независимо от ее цивилизационной, религиозной, этнической, географической принадлежности можно за несколько лет с помощью указанных методов создать 'стабильную демократию', ориентированную на Запад. При этом в представлениях американцев должна была укрепиться как безопасность США, так и всего мира.

Трамп своим внешнеполитическим подходом фактически бросил вызов идеологии глобального 'распространения демократии', призвал к отказу от нее, чем вызвал нескрываемое недовольство в 2016 г. и первые месяцы 2017 г. не только демократов, но и значительной части собственной Республиканской партии.

Главным внешнеполитическим приоритетом он провозгласил борьбу с международным терроризмом, точнее, нанесение поражения ИГИЛ. Так в мае 2016 г., будучи уже ведущим претендентом от республиканцев на президентский пост, он утверждал, что не направил бы американские войска в Сирию, не стал бы предпринимать военных действий против Башара Асада. Объяснил обоснованно он это тем, что в США 'имеются проблемы более важные, чем Асад'. Он боролся бы с ИГИЛ, приказал бы генералам 'нокаутировать ИГ', не возражал бы, чтобы Асад оставался у власти2.

Уже после избрания президентом Трамп, объясняя свою предстоящую военную политику в декабре 2016 г., говорил, что прекратит 'гонку по свержению иностранных режимов, о которых мы ничего не знаем'3.

Во время кампании Трамп неоднократно заявлял, что не было бы ничего плохого в том, чтобы бороться с ИГИЛ совместно с Россией. Так, в июле 2016 г. он говорил, что хотел бы видеть Россию 'дружественной' страной с тем, чтобы 'разгромить ИГИЛ совместно с другими народами и странами'. 'Разве не было бы хорошо, если бы мы, например, поладили с Россией? Я полностью за это', - заявлял кандидат в президенты от республиканцев4. При этом его многочисленные критики утверждали, что В.В. Путин не может быть надежным партнером в борьбе и исламскими террористами из-за его поддержки 'диктатора' Б. Асада, 'аннексии Крыма', бомбардировок российскими ВКС позиций 'умеренных' сирийских группировок, вооруженных американцами, и т.п.

На протяжении всей кампании Трамп довольно лестно отзывался о российском президенте в отличие от всех других претендентов. В декабре 2015 г. после того, как В.В. Путин охарактеризовал его как 'талантливого деятеля' и 'лидера в президентской гонке', Трамп, со своей стороны, заявил, что было 'большой честью' получить 'такие доброжелательные комплименты от человека, который пользуется таким высоким уважением в своей стране и вне ее'5.

Как известно, в конце 2016 г., находившийся еще у власти Барак Обама решил окончательно испортить и без того напряженные российско-американские отношения. Он поспешно выслал 35 российских дипломатов, ввел в действие новые антироссийские санкции. Грубо нарушив международное право, американцы также отобрали у российских дипломатов их загородные дачи. Цель демократов была понятна. Они ожидали, что Путин отреагирует симметричными мерами, как это принято в дипломатической практике, и тем самым для нового президента будет максимально затруднен обещанный им процесс улучшения отношений между двумя странами. Однако российский президент воздержался от симметричного ответа. Трамп очередной раз публично похвалил В.В. Путина за это, сказав, что он совершил 'великий шаг' (great move) и проявил себя 'очень разумным' (very smart) человеком6.

Совсем другие оценки давал Трамп Китаю во время избирательной кампании. В апреле 2016 г., уже став ведущим претендентом от республиканцев на президентский пост, он утверждал, что 'Китай уважает только силу' и что США позволили ему 'извлекать экономические выгоды из нас'. Будучи бизнесменом, он оценивал американо-китайские отношения через призму огромной по объему взаимной торговли, поскольку КНР является вторым торговым партнером США после Канады. Трамп полагал, что администрация Б. Обамы 'позволила Китаю продолжить его экономическое наступление' на США и это привело к 'воровству американских рабочих мест'7.

В мае 2016 г. Трамп начал высказываться в адрес КНР еще более жестко. Значительный торговый дефицит во взаимной торговле с Китаем он сравнил ни много, ни мало с 'изнасилованием'. 'Мы не можем более позволить Китаю, - в частности, заявил он, - насиловать нашу страну (to rape our country), и это как раз то, что они делают'. Он также обвинил КНР в манипулировании своей валютой (юанем) для того, чтобы сделать китайский экспорт более конкурентоспособным на мировом рынке, и полагал, что Китай 'убивает' США в рамках взаимной торговли. Он пообещал изменить эту ситуацию8.

Во время своей кампании Трамп грозился резко повысить ввозные пошлины на китайские товары на 45% с тем, чтобы сократить объемы гигантского китайского импорта. Критики не без оснований утверждали, что КНР на это может ответить аналогичными мерами, что приведет к значительному сокращению американского экспорта в Китай.

В августе 2016 г. Трамп вновь подчеркнул, что было бы здорово, 'если бы Соединенные Штаты и Россия поладили и совместно разгромили ИГИЛ и, возможно, осуществили другие хорошие дела'. Вполне обоснованно он полагал, что США в силу своей глупости (stupidity) вынудили Россию пойти на 'альянс с Китаем', поскольку он нуждается в нефти. Еще с молодых лет кандидат от республиканцев считал, что недопустимо позволять 'Китаю и России быть вместе'. Однако, по его мнению, Обама 'вынудил их быть вместе', не сумев наладить отношения ни с той, ни с другой страной. В итоге они начали проводить совместные военно-морские маневры9.

В октябре состоялись предвыборные дебаты между Дональдом Трампом и Хиллари Клинтон, кандидатом в президенты от Демократической партии. На них Клинтон постоянно обвиняла Трампа в том, что он был 'марионеткой Путина'. Кандидат от республиканцев опровергал это. В то же время он использовал пример Китая как подтверждение, по его мнению, плачевного состояния американской экономики. Если ВВП КНР возрастал на 7% в год, то ВВП США сокращался на 1% в год, что по оценке Трампа было равноценно 'национальной катастрофе'. Он подчеркивал, что при Хиллари налоги будут повышаться, а при нем в качестве президента они будут значительно снижены, что стимулирует экономический рост10.

Имел ли Трамп законные возможности для заметного повышения таможенных пошлин на товары, ввозимые из Китая и Мексики с тем, чтобы, как он выражался, 'вернуть рабочие места в США'? Гипотетически - да. Один из легальных вариантов заключался в юридической опоре на раздел 122 закона 'О торговле 1974 г.'. Он предоставлял президенту полномочия поднимать пошлины на ввозимые иностранные товары до 15% от их стоимости в течение 150 дней (для продления этого срока требовалось согласие Конгресса) в случае, если он решит, что 'имеется враждебное воздействие на обеспечение национальной безопасности от этого импорта'. Значительные потери рабочих мест в США из-за перевода производственных мощностей американскими промышленными корпорациями в Китай, Мексику и другие страны, где стоимость рабочей силы была гораздо ниже, как раз и можно было рассматривать как 'враждебное воздействие'. Кроме того, он мог использовать Закон о расширении торговли 1962 г. и поднимать ввозные пошлины так высоко, как ему хотелось, на иностранную продукцию отдельных отраслей промышленности, например, сталелитейную. В итоге Трамп имел полномочия поднять таможенные тарифы до 35% на мексиканские товары и до 45% на продукцию, ввозимую из Китая. Но его критики вполне обоснованно утверждали, что это привело бы к торговым войнам с этими странами11.

Как изменились официальные воззрения администрации Д. Трампа в отношении Китая и России в сравнении с его предвыборными обещаниями?

Официальные представления администрации Д. Трампа о Китае, России и новом мировом порядке

В Стратегии национальной безопасности администрации Трампа были выделены три группы современных угроз для США. На первом месте находятся угрозы, исходящие со стороны 'ревизионистских держав - Китая и России'. На втором - 'государства изгои - Иран и Северная Корея'. На третьем - 'джихадистские террористические группировки'. И все эти 'различные по природе и значению соперники (rivals)' 'активно конкурентно действуют против Соединенных Штатов, наших союзников и партнеров', что является 'фундаментальным геополитическим соперничеством между теми, кто предпочитает репрессивные системы, и теми, кто предпочитает свободные общества'12.

При этом 'Китай и Россия намерены сформировать мир, противоположный американским ценностям и интересам'. Китай стремится 'вытеснить Соединенные Штаты из Индо-Тихоокеанского региона', расширить сферы распространения 'своей управляемой государством модели экономики и переустроить регион в свою пользу', в то время как 'Россия стремится восстановить свой статус великой державы и создать сферы влияния у своих границ'. Тем не менее США готовы 'сотрудничать с обоими государствами в тех областях, где интересы совпадают'13.

Относительно нашей страны администрация Д. Трампа полагает, что 'Россия нацелена на ослабление американского влияния в мире и разъединение нас с нашими союзниками и партнерами', воспринимая НАТО и ЕС как угрозы14.

В открытой части Национальной оборонной стратегии, обнародованной в январе 2018 г., даются аналогичные оценки 'все более усложняющейся глобальной среде безопасности, характеризующейся открытыми вызовами свободному и открытому миропорядку и возрождением долговременной стратегической конкуренции между нациями'. В частности, в тексте стратегии указывается, что 'Китай и Россия стремятся сформировать мир, соответствующий их авторитарной модели, путем обретения запретительной власти (vetoauthority) по отношению к свободе принятия экономических, дипломатических решений, а также решений в сфере безопасности с другими нациями'15.

Далее уточняется: 'Китай развивает военную модернизацию, операции по влиянию и хищническую экономику (predatoryeconomics) для подчинения соседних государств с целью переформатирования Индо-Тихоокеанского региона к своей выгоде'. КНР стремится к установлению 'индо-тихоокеанской региональной гегемонии в краткосрочной перспективе и к вытеснению Соединенных Штатов для достижения глобального доминирования в будущем'16.

'Одновременно, Россия, - говорится в тексте, - стремится обрести запретительную власть над государствами, находящимися на ее периферии, в отношении принятия их правительственных, экономических и дипломатических решений, подорвать НАТО и изменить экономические структуры и структуры по обеспечению безопасности в Европе и на Ближнем Востоке <:>'17.

Показательно, что, представляя новую стратегию, министр обороны США Джеймс Мэттис, будучи глобалистом по убеждениям, подчеркнул: 'Хотя мы будем продолжать кампанию борьбы с террористами, в которую вовлечены сегодня, конкуренция великих держав, а не терроризм, является в настоящее время главным фокусом американской политики по обеспечению национальной безопасности'. Он также отметил, как уже было упомянуто ранее, что США сталкиваются 'с растущими угрозами, исходящими от таких разных ревизионистских государств как Китай и Россия', которые 'стремятся создать мир, соответствующий их авторитарным моделям'18.

Следует подчеркнуть, что данные стратегии администрации Д. Трампа фундаментальным образом отличаются от сути стратегий предшествующих администраций после окончания 'холодной войны'. Например, во второй Стратегии национальной безопасности 2006 г., принятой при президенте Дж. Буше-младшем, утверждалось: '<:> Поскольку демократические государства - это наиболее ответственные члены международной системы, продвижение демократии (promotiondemocracy) является наиболее эффективной долговременной мерой по усилению международной стабильности, снижению угроз региональных конфликтов, противодействию международному терроризму и <:> расширению зоны мира и процветания'19.

Необходимо напомнить, что после вторжения в Ирак в марте 2003 г. к середине 2006 г. американцы сумели создать в стране по своему образцу демократические институты, включая принятие новой конституции, избрание парламента, который сформировал правительство. Однако, по иронии судьбы, вместо стабильности гражданская террористическая война между суннитами и шиитами в стране в том году достигла своего пика. Одновременно сунниты начали войну против американцев. Но это не смутило Белый дом, продолжавший догматически верить в то, что 'распространение демократии' это путь к 'укреплению международной стабильности'.

Из указанных представлений республиканцев 2006 г. вытекало, что 'авторитарные режимы' представляли главную угрозу национальной безопасности США сами по себе. И их необходимо было свергнуть либо силой, как это было в Ираке, либо с помощью 'цветных революций'. Аналогично, угрозой для Вашингтона в то время являлись и 'неудавшиеся государства' (failedstates), где центральное правительство не контролировало собственную территорию, имелось множество бандитских вооруженных формирований, процветали нищета, болезни, неграмотность, а международные террористические группировки находили прибежище. Такие же воззрения на природу главных внешнеполитических угроз для США разделяла и демократическая администрация Б. Обамы.

Однако на деле оказалось, что демократизация укрепила стабильность в бывших социалистических странах Восточной Европы и бывших советских республиках Прибалтики, то есть в рамках западной (европейской) цивилизации. В исламском мире результаты оказались прямо противоположными. Вместо 'стабильных демократий' государственность в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки развалилась, возникли многолетние кровопролитные гражданские войны, миллионные потоки беженцев, гуманитарные катастрофы и т.п. Наконец, появилось жестокое, варварское ИГИЛ.

Уже Б. Обама в сентябре 2009 г. с трибуны Генеральной ассамблеи ООН заявил, что извне демократию привнести нельзя, что каждое общество должно идти к ней своей дорогой с учетом своей истории, традиций и т.п. За это он был подвергнут резкой критике со стороны республиканцев в то время, которые обвинили его в отказе от 'распространения американских ценностей'.

Показательно, что администрация Д. Трампа в этом плане пошла еще дальше. В тексте ее Стратегии национальной безопасности вообще отсутствуют термины 'продвижение' или 'распространение демократии'. Администрация собирается лишь 'конкурировать ради защиты наших ценностей и интересов'. Понятно, что конкурировать Вашингтон собирается в первую очередь с Россией и Китаем.

США в мире, где возродилась конкуренция великих держав, намерены лидировать силой примера. К этому же стремилась и администрация Б. Обамы во время первого срока его президентства. В стратегии Трампа прямо говорится: 'Мы не собираемся навязывать наши ценности другим'. Вашингтон будет предлагать партнерство только тем государствам, которые 'разделяют наши устремления к свободе и процветанию'. Показательно, что при Трампе Вашингтон намерен помогать только тем 'слабым или неудавшимся' государствам, которые представляют угрозу США. Так, 'вовлечение в Афганистане' нацелено на то, чтобы страна вновь не превратилась в 'безопасное убежище для террористов'20.

При таких официальных воззрениях Вашингтон в неявной форме признает, что США более не под силу быть общемировым лидером и что они намерены возглавлять лишь ту часть мира, которая на добровольной основе выбирает 'либеральную модель' экономики и государственного устройства. При этом Соединенные Штаты будут конкурировать с Китаем и Россией ради демонстрации преимуществ 'либеральной экономики' в сравнении с 'авторитарным капитализмом'.

Если республиканская администрация Дж. Буша-младшего в первом десятилетии XXI века замахивалась на глобальное 'продвижение демократии', полагала, что оно было по силам Вашингтону, то в настоящее время официальные внешнеполитические амбиции США стали более скромными. Фраза о том, что США не собираются навязывать кому-либо свои ценности, равнозначна де-юре отказу от свержения режимов в 'недемократических государствах' силой или с помощью 'цветных революций'. Таким образом, можно констатировать, что в рамках официальной стратегии национальной безопасности (на бумаге) свое предвыборное обещание прекратить 'гонку по свержению режимов' Д. Трамп выполнил.

Ограниченность возможностей США на мировой арене признается и в Национальной оборонной стратегии. 'В течение десятилетий, - говорится в ней, - Соединенные Штаты обладали неоспоримым или доминирующим превосходством в каждой оперативной сфере. Мы могли развертывать наши вооруженные силы, когда хотели, концентрировать их, где хотели, и проводить операции, как мы хотели. Сегодня в каждой области имеется противодействие - в воздухе, на земле, в море, в космосе и в киберпространстве'21.

В то же время, стратегия нацелена на обеспечение того, чтобы 'президент и наши дипломаты' могли вести переговоры 'с позиции силы'. Точно такой же политики придерживался и президент-республиканец Рональд Рейган в первой половине 1980-х годов, то есть в разгар холодной войны.

Выступая перед Конгрессом со своим первым обращением к нации 30 января 2018 г., Трамп, главным образом, посвятил его внутренним проблемам. В частности, после успешного принятия его налоговой реформы в конце 2017 г., снизившей налоги на корпорации с 35% до 21% и приведшей к оживлению экономики, он нацелился на масштабное обновление инфраструктуры США. Он призвал парламент выделить 'как минимум' 1,5 трлн долл. (1500 млрд долл.) для создания новых дорог, автострад, мостов, железнодорожных и водных путей22.

Уделил Трамп внимание и внешней политике. Подобно подходам, изложенным в стратегиях, президент заявил, что сегодня США сталкиваются с 'режимами-изгоями, террористическими группировками и противниками (rivals), вроде Китая и России, которые бросают вызов нашим интересам, нашей экономике и нашим ценностям'. 'Слабость - это наиболее гарантированный путь к конфликту, - говорил он, - а не имеющая себе равных мощь - наиболее надежный способ обеспечения нашей истинной и сильной обороны'. Президент призвал Конгресс не сокращать оборонный бюджет с тем, чтобы 'модернизировать и восстановить наш ядерный арсенал' для надежного сдерживания 'любых актов агрессии со стороны любой нации или кого-либо еще'23.

Несколькими днями ранее он выступил в Давосе на Всемирном экономическом форуме. Президент США похвалил свою налоговую реформу и политику экономического дерегулирования, что содействовало 'небывалому экономическому подъему' после 'многих лет стагнации' и увеличению числа рабочих мест со времени его избрания на 2,4 миллиона. Трамп призвал иностранных инвесторов по максимуму вкладываться в американскую экономику, поскольку 'Америка открыта для бизнеса, и мы вновь конкурентоспособны', а рост самой мощной американской экономики сопровождается ростом мировой и созданием 'бесчисленного количества рабочих мест по всему миру'24.

Показательно, что в небольшой внешнеполитической части своего выступления в Давосе Трамп упомянул только Северную Корею, Иран, ИГИЛ и Афганистан. Он не стал распространяться насчет Китая и России как о 'противниках', бросающих вызов 'либеральному мировому порядку'25. Объяснение довольно простое - перед ним была международная деловая аудитория, а не собственные законодатели, воспринимающие внешний мир в черно-белом свете.

На основе анализа двух стратегий, выступлений Трампа в Давосе и перед Конгрессом можно представить картину нового мироустройства, которой официально придерживается его внешнеполитическая команда. Для формирующегося нового миропорядка, когда роль США в мире ослабевает, а Китая, России и других стран БРИКС усиливается, вновь, как во времена холодной войны, характерна значительная биполярность. В ее рамках, с одной стороны, выступает либеральный блок государств со 'свободными экономиками' во главе с США. С другой, им противостоят 'авторитарные режимы' Китая и России с контролируемыми государством капиталистическими экономиками, 'государства-изгои' в лице Ирана и Северной Кореи, исламистские террористические группировки.

Другими словами, ради политического выживания Д. Трамп под мощным давлением о стороны вашингтонского истеблишмента в рамках официальных документов был вынужден отказаться от своих предвыборных обещаний по улучшению отношений с Россией, налаживанию сотрудничества с нашей страной в деле совместной борьбы с международным терроризмом. Де-факто его внешнеполитическая команда в значительной мере вернулась к традиционному для американцев черно-белому восприятию внешнего мира, что имеет мало общего с международными реалиями.

Следует напомнить, что года за полтора-два до прихода Трампа в Белый дом такой биполярной схемы формирующегося нового мирового порядка стали придерживаться некоторые ведущие в США 'мозговые центры', то есть независимые частные исследовательские организации. Администрация Трампа инкорпорировала ее в свои официальные стратегии.

Более того, следует вспомнить, что Трамп во время избирательной кампании 2016 г. вполне обоснованно критиковал администрацию Б. Обамы за неспособность наладить отношения ни с Китаем, ни с Россией. Тем самым демократы толкнули их к геополитическому сближению. После обнародования указанных стратегий становится ясно, что его внешнеполитическая команда встала на тот же путь, противоречащий интересам США. Но сделала она это вынужденно, под мощным давлением со стороны Конгресса, карьерной бюрократии внешнеполитических ведомств, 'разведывательного сообщества', которые поверили в миф о 'сговоре' людей Трампа с Кремлем. Получается, что, в целом, американская политическая элита не созрела еще для того, чтобы при формировании внешней политики руководствоваться, главным образом, интересами своей страны во внешнем мире, а не внутренними политическими разборками и выдумками.

Закономерно возникает вопрос: 'В какой мере указанная американская биполярность соотносится с международной действительностью?'

Некоторые реалии современного мироустройства

В первую очередь, бросается в глаза нелепость одновременного зачисления КНР и РФ в 'авторитарные режимы'. В Китае действительно существует достаточно жесткая однопартийная система, хотя и со своей спецификой. Помимо правящей Коммунистической партии в КНР имеется восемь незначительных некоммунистических, демократических партий, с которыми коммунисты консультируются при принятии важнейших решений. Представители этих партий принимают участие в ежегодных съездах Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП), где, как правило, поддерживают КПК. Кроме того, приблизительно с конца 1990-х годов в Китае демократическим путем стали избирать руководителей деревень в сельской местности, среди которых немало некоммунистов. Руководство Коммунистической партии рассматривает данные выборы на низовом уровне как своеобразный полигон для перспективного решения вопроса - стоит ли расширять процессы демократизации в будущем и не подорвет ли это стабильность в стране?

В Китае, в отличие от России, ведется жесткая борьба с коррупцией, которая особенно усилилась после прихода к власти нынешнего председателя КНР Си Цзиньпина. За тридцать лет проведения реформ (на начало 2016 г.) в КНР было возбуждено порядка миллиона уголовных дел против коррумпированных чиновников. Применяется и высшая мера наказания - расстрел. С 2000 г. по состоянию на февраль 2016 г. в Китае за коррупцию было расстреляно порядка 10 тыс. чиновников, 120 тыс. чиновников получили большие сроки тюремного заключения в 10-20 лет26. Однако если вспомнить, что в КНР государственный чиновничий аппарат насчитывает порядка 70 млн человек, то данные показатели оказываются мизерными. А на Западе они, естественно, воспринимаются как убедительные проявления 'авторитаризма'.

В России же со времен крушения Советского Союза сложилась многопартийная система при ведущей роли партии, поддерживающей президента. Многие американцы считают В.В. Путина 'диктатором'. А правоконсервативный 'Фонд наследия' охарактеризовал сложившийся при нем политический режим как 'развитую тиранию', умолчав при этом - а какой же режим тогда существовал при И.В. Сталине и, в целом, в СССР при наличии однопартийной системы? Указанные рассуждения лишний раз подтверждают, насколько американцы не знают и не понимают нашу историю.

Необходимо напомнить, что 'авторитарный режим', или по российской исторической терминологии 'самодержавие', сложился в России в конце XV-начале XVI столетий при Иване III, первом 'государе всея Руси'. Оно просуществовало в том или ином виде до времени крушения СССР, то есть, ни много ни мало, половину тысячелетия. Оно выражалось, главным образом, в политической культуре сверхпослушания подданных по отношению к верховной власти. Власть не была подотчетна простому народу, которому была свойственна значительная идеализация личности верховного правителя. Недоволен народ был 'плохими боярами', то есть ближайшим окружением правителя. Но именно благодаря самодержавию в конце XV века удалось избавиться от татарского ига. До этого времени орды воинственных кочевых народов столетиями терзали, разоряли и грабили Русь, географически расположенную на равнинной, не защищенной естественными преградами (в отличие от Европы) территории. Такие исторические истоки нашей 'авторитарности' американцы не знают и не понимают. Их еще попросту не существовало в те исторические времена.

Эта культура чрезмерного послушания и идеализации и проявляется сегодня в колоссальной поддержке В.В. Путина и ведущей партии 'Единая Россия' миллионами простых граждан. Поддержка еще более усилилась, вопреки ожиданиям политических элит западных государств, после введения Западом антироссийских санкций и демонстрации нескрываемой русофобии из-за украинского кризиса.

Хотелось бы напомнить, что в Государственной думе - нижней палате российского парламента - в настоящее время представлены 6 партий, из них наиболее значимых четыре: 'Единая Россия', КПРФ, ЛДПР и 'Справедливая Россия'. В демократичных выборах президента РФ в феврале-марте 2018 г. принимало участие 8 официально зарегистрированных кандидатов. Другими словами, в России налицо имеется многопартийная система. Однако многим было ясно, что победит с большим отрывом Путин именно в силу указанной нашей политической культуры.

Наивны представления американских политиков и экспертов о том, что Путин создал 'авторитарный режим' в России и что с приходом к власти прозападного политика 'а-ля Навальный', наша страна каким-то волшебным способом превратится в 'развитую демократию'. Именно на таких воззрениях основана американская концепция 'цветных революций'. Никакому политику не под силу изменить политическую культуру, обычаи и традиции своего народа, которые складывались столетиями, а в случае с Китаем и тысячелетиями. Кстати, это убедительно обосновал еще Самюэль Хантингтон в своей нашумевшей монографии 'Столкновение цивилизаций'.

Несмотря на указанные серьезные различия в политических системах Китая и России, администрация Д. Трампа в угоду вашингтонскому истеблишменту сочла, что они несущественны, и скопом зачислила и КНР, и РФ в 'авторитарные режимы', 'противники' и 'соперники' США на международной арене. Тем самым, следует это повторить, она придала новый импульс российско-китайскому сближению.

В текстах стратегий Трампа нет формулировок относительно 'сдерживания Китая', которое осуществляла республиканская администрация Дж. Буша-младшего и более осторожно продолжили демократы во главе с Б. Обамой. Однако не вызывает сомнений, что такая политика будет продолжена не столько в сфере экономической, сколько в сфере геополитической и при Трампе. Попытки формирования антикитайской коалиции из государств Юго-Восточной Азии, возможно, демократий в лице Индии, Японии, Южной Кореи, Австралии будут вновь предприниматься.

Одна из главных сфер конкуренции в развитии современного мироустройства - это острое соперничество между КНР и США, между странами БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка) и Западом, прежде всего в рамках мировой экономики и мировых финансов. Страны БРИКС сегодня насчитывают в совокупности 2,83 млрд человек, то есть 42% общемирового населения. Биполярная схема мироустройства команды Трампа далека от действительности еще и потому, что в объединение БРИКС входят такие мощные демократии, как Индия и Бразилия. Формирующийся миропорядок будет гораздо более сложным и полицентричным.

Кроме того, совершенно непонятно - на каких основаниях сегодня американцы зачислили демократизирующуюся Россию в один ряд с такими противниками Вашингтона на международной арене как жестко авторитарная однопартийная Северная Корея и 'джихадистские террористические группировки' вроде ИГИЛ. Нелепость такой далекой от реальности черно-белой схемы подтверждается тем очевидным обстоятельством, что именно при активной военной помощи со стороны России ИГИЛ было в основном разгромлено на территории Сирии. Однако неизбывная тяга американцев к черно-белому упрощенчеству настолько сильна, что такая очевидная нелепость их не смущает.

В настоящее время западные СМИ начали оценивать возросшую роль РФ в мире как возвращение себе статуса не просто великой, а даже глобальной державы. Однако на деле Россия не стремится к обретению глобальных амбиций, какими обладал СССР. Выступая на заседании коллегии Министерства обороны, В.В. Путин в декабре 2017 г. в частности заявил: 'Мы опираемся на нашу миролюбивую внешнюю политику. Это важно, потому что нам не нужно бесконечное число баз по всему миру, и мы не собираемся играть роль мирового жандарма. Нам по определению это не нужно, и это просто дорого стоит. И не входит в наши планы совершенно'27.

За такими прагматичными рассуждениями в неявной форме просматривается то объективное обстоятельство, что экономика России по разным оценкам в 6-7 раз слабее американской. В это же время китайская экономика по паритету покупательной способности уже опередила американскую.

Суть действий Вашингтона в отношении России

Вплотную столкнувшись с угрозой импичмента, осознав насколько сильна жестко антироссийски настроенная вашингтонская политико-бюрократическая элита, Трамп в течение первого года своего президентства не смог провести официальную двустороннюю встречу и переговоры с российским президентом ни в США, ни в России, ни в какой-либо третьей стране. Вашингтонская элита настолько ограничила степень его свободы в отношении нашей страны, что полноценные переговоры (Трамп и Тиллерсон, Путин и Лавров с переводчиками) удалось организовать лишь один раз на саммите 'двадцатки' в Гамбурге в июле 2017 года.

Переговоры начались с напряженного обмена мнениями по вопросу - было или не было вмешательство России в ход американской избирательной кампании 2016 года. Поскольку Трамп знал, что 'сговора' его команды с Кремлем не было, он пытался выяснить какие-то другие возможные меры воздействия. Российская делегация, как и ранее, отвергла 'вовлеченность' в избирательный процесс. По оценке государственного секретаря Рекса Тиллерсона, оба президента пришли к выводу, что проблема стала 'существенным препятствием' для продвижения вперед российско-американских отношений28. Во время переговоров также были обсуждены проблемы, связанные с Северной Кореей, Украиной, обеспечением кибербезопасности.

Главным предметом обсуждения стало мирное урегулирование в Сирии, где РФ поддерживала 'законно избранного' президента Б. Асада и его режим, а США поддерживали оппозиционные 'демократические силы'. Стороны договорились добиться прекращения огня в юго-западной части Сирии и поддержали создание нескольких 'зон деэскалации'.

С.В. Лавров охарактеризовал переговоры как 'очень продуктивные'. Д. Трамп оценил их как 'очень, очень хорошие'. Р. Тиллерсон заявил, что цели сторон в Сирии 'одни и те же', различия заключаются в том, как их достичь. В то же время он напомнил, что 'долговременная роль семьи Асада' в сирийских делах неприемлема для США29. Такая позиция команды Трампа стала еще одним проявлением его отказа от одного из серьезных предвыборных обещаний.

Следует напомнить, решение о формировании четырех 'зон деэскалации' в Сирии было принято в мае 2017 г. представителями РФ, Ирана и Турции на многосторонних переговорах в столице Казахстана Астане. Предварительно этому процессу была обеспечена поддержка Вашингтона и официального Дамаска. Среди прочего, данное решение было направлено де-юре на закрепление военного присутствия трех стран в Сирии, поскольку они направляли свои воинские контингенты для поддержания режима прекращения огня и стабильности в данных зонах.

Представляется, внешнеполитическая команда Трампа поддержала это решение, в первую очередь, из-за того, что оно лежало в русле его стратегии и его предвыборных обещаний, нацеленных на разгром ИГИЛ. В то же время никаких официальных соглашений с РФ о совместной борьбе с террористами команда президента не собиралась заключать с тем, чтобы не вызывать новую волну двухпартийного возмущения в Конгрессе.

Создание 'зон деэскалации' сыграло значительную роль в деле разгрома ИГИЛ на территории Сирии. В декабре 2017 г. В.В. Путин неожиданно посетил российскую базу ВКС Хмеймим, где поздравил российских военнослужащих с победой и объявил о выводе их значительной части из страны. Успехи сирийских вооруженных сил в борьбе с ИГ при активной поддержке российских ВКС вызвали нескрываемое раздражение в Вашингтоне. Российское сторона неоднократно уличала американцев в поддержке террористов по принципу - лишь бы они воевали против 'режима Асада', заявляла, что это является главным препятствием на пути окончательного разгрома террористических группировок и что военное присутствие США (в отличие от РФ, Турции и Ирана) 'незаконно', так как было осуществлено без приглашения официального Дамаска.

По данным Министерства обороны России, в рамках выполнения меморандума о создании зон деэскалации в Сирии на середину февраля 2018 г. обстановка в них оценивалась как стабильная. Совместная российско-турецкая комиссия по контролю за соблюдением режима прекращения огня установила лишь незначительное число случаев его нарушения, в основном, в районах, контролируемых террористической группировкой 'Джабхат ан-Нусра'. В общей сложности с мая 2017 г. Россия поставила в зоны 2453,7 тонн гуманитарной помощи, медицинская помощь российскими врачами была оказана более чем 70 тыс. сирийцев. Количество населенных пунктов, присоединившихся к процессу примирения, составило 2359, число вооруженных формирований, заявивших о своей приверженности режиму прекращения боевых действий, достигло 23430.

На примере реальных намерений и действий США в Сирии хорошо видно, что они оказались далеки от предвыборных обещаний Трампа. Тем не менее, американская поддержка создания 'зон деэскалации' сыграла положительную роль в разгроме ИГ и развитии мирного процесса.

В борьбе за политическое выживание и нейтрализацию угрозы импичмента Трампу пришлось действовать вопреки своим убеждениям и предвыборным обещаниям и в отношении антироссийских санкций. Так, значительным шагом в этом направлении стал перевод санкционных мер против России с добавлением новых в форму закона. Президент Б. Обама вводил санкции против нашей страны исполнительными указами. Гипотетически и Трамп мог их отменить исполнительным указом, то есть без согласия Конгресса. В сложившейся в Вашингтоне наэлектризованной антироссийской обстановке в 2016-2017 годах американские законодатели на двухпартийной основе решили узаконить эти санкции.

Сенат во второй половине июля 2017 г. подавляющим большинством голосов в 98 против 2 проголосовал за санкционный билль. В дополнение к ранее принятым санкциям вводились новые против России, а также вводились санкции против Ирана. Затем Палата представителей также подавляющим большинством в 419 голосов против 3 проголосовала за этот законопроект, куда была добавлена и Северная Корея31.

Понимая, что при таком подавляющем большинстве голосов 'за' Конгресс легко преодолеет возможное вето, Трамп в начале августа вынужденно подписал билль, и он стал законом32. Показательно, что билль назывался 'Противодействие противникам Америки посредством санкционного закона' (CounteringAmerica'sAdversariesThroughSanctionsAct).

По замыслу членов Конгресса, закон кодифицировал ранее введенные санкции против российских компаний и физических лиц с помощью исполнительных указов. В частности, он наделял Трампа полномочиями наложить санкции на лиц и компании, которые делают инвестиции или обеспечивают поставки продукции, услуг, технологий информации на суммы в 1 млн долл. и более с целью 'усиления возможностей российского правительства по строительству экспортных энергетических трубопроводов'. Данная мера может воздействовать на европейские компании, которые вовлечены в строительство трубопровода в Турцию по дну Черного моря и собирались принять участие в строительстве трубопровода 'Северный поток 2' по дну Балтийского моря из России в Германию. В разработке второго проекта уже было задействовано порядка 200 компаний, большинство из которых были европейскими, из 17 стран. В законе оговаривалось, что данные меры против европейских компаний должны были быть предприняты 'в координации с союзниками'33.

Закон также предоставлял полномочия министру финансов 'замораживать' счета российских государственных предприятий, которые действовали в железнодорожной, добывающей и сталелитейной отраслях российской экономики в качестве наказания 'за ситуацию на Украине'.

В соответствии с законом также американским лицам и компаниям запрещалось поставлять и экспортировать продукцию, услуги и технологии по исследованию или разработке совместных с РФ новых проектов, связанных с нефтедобычей. Эти проекты касались поисков и возможной добычи нефти на морях, в Арктической морской зоне и из сланцевых месторождений на материке, если доля американского участия в них составляла 33% и более34. В исполнительных указах Обамы эта доля составляла 50%, то есть налицо было ужесточение. Закон также наделял администрацию Трампа полномочиями по введению санкций против России во многих других областях. При этом возможное изменение санкционного режима подлежало обязательному согласованию с Конгрессом.

По сути, закон стал новым подтверждением того, что неизбывная русофобия американских законодателей лишила их возможностей действовать на основе здравого смысла и в соответствии с интересами национальных и европейских компаний. Вновь, как это было и с Законом Магнитского в 2012 г., они проигнорировали эти интересы и действовали вопреки им.

В соответствии с требованиями закона Министерство финансов США должно было приблизительно через полгода после его вступления в силу обнародовать список приближенных к В.В. Путину высокопоставленных российских чиновников и олигархов. Следует напомнить, что принятие этого закона породило немалые опасения в их среде. Некоторые из них начали переводить свои финансовые активы со счетов в американских банках в банки других государств.

30 января 2018 г. в США был обнародован открытый список 210 богатых и влиятельных россиян - 114 правительственных чиновников, 96 олигархов. Это не означало немедленное введение санкций против них. Санкции могли быть введены в недалеком будущем. Министерство финансов особо не скрывало, что основой списка олигархов послужил перечень 2017 г. особо богатых граждан России, содержащийся в американском журнале 'Форбс'. Также использовался официальный список членов администрации российского президента и правительства России35. Против 22 лиц, указанных в списке, уже действовали ранее введенные санкции. Интересно, что в списке оказались и глава российского правительства, и министр иностранных дел, и пресс-секретарь В.В. Путина. Самого российского президента в списке не было.

У многих наблюдателей, как в США, так и вне их, создалось обоснованное впечатление, что список был составлен небрежно и впопыхах. Большое количество имен, указанных в списке, как верно полагали некоторые американские эксперты, сводило на нет главную цель закона - наказать узкий круг лиц, особо приближенных к В.В. Путину36.

Представляется, что команда Трампа неохотно, вынужденно и по минимуму выполнила требования закона с тем, чтобы сохранить хотя бы небольшое 'окно возможностей' для налаживания взаимодействия с РФ в дальнейшем по резко сузившемуся кругу проблем, где интересы стран совпадают.

Попытка Трампа провести полноценные переговоры с Путиным на саммите Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АСЕАН) в ноябре 2017 г. во вьетнамском Дананге не увенчалась успехом. Вначале сам американский президент изъявил такое желание. Затем, похоже, его ближайшие советники начали отговаривать, опасаясь новых обвинений в 'сговоре' с Кремлем и нападок со стороны демократов в Конгрессе и либеральных СМИ. В итоге состоялся мимолетный малозначительный обмен мнениями 'на полях' саммита. Но даже он породил со стороны бывших руководителей американских специальных служб обвинения в том, что российский президент способен манипулировать Трампом, играя на его слабостях.

Таким образом, американцы сами себя настолько запугали якобы имевшим место вмешательством России в ход избирательной кампании 2016 г., что в итоге Трамп лишился свободы действий в отношении РФ и по состоянию на конец февраля 2018 г. не смог воплотить в жизнь свои главные внешнеполитические обещания.

Основные действия администрации Трампа в отношении Китая

В США традиционно еще со времен холодной войны отношение к Китаю было более положительным, чем к СССР и позднее к России. И это несмотря на то, что после крушения Советского Союза проблема соблюдения прав человека в однопартийной КНР стоит намного острее, чем в демократизирующейся России. Соответственно, несмотря на грозную предвыборную риторику в адрес Китая, у американского президента руки в отношении его китайской политики были развязаны. Реальные шаги Вашингтона в отношении КНР стали разительным образом отличаться от резко негативной предвыборной риторики Трампа.

В апреле 2017 г. состоялся официальный визит председателя КНР Си Цзиньпина в США. Американский президент изменил свой тон на доброжелательный и тщательно соблюдал дипломатический протокол с тем, чтобы не вызвать раздражение китайского лидера. В первую очередь, он добился согласия лидера КНР на проведение в течение 100 дней двусторонних торговых переговоров с целью увеличения американского экспорта в КНР и снижения объемов китайского импорта в США, то есть уменьшения очень большого дефицита торгового баланса. Си Цзиньпин также согласился оказать содействие американцам в обуздании ракетно-ядерных программ КНДР, которые, по его мнению, достигли 'серьезного уровня'. Трамп оценил отношения между двумя лидерами как 'выдающиеся' и заявил, что был достигнут 'гигантский прогресс (tremendousprogress) в наших взаимоотношениях с Китаем'37.

В официальном заявлении Белого дома, в частности, говорилось, что Трамп 'выразил серьезную обеспокоенность относительно того влияния, которое китайская промышленная, сельскохозяйственная, технологическая и кибернетическая политики оказывают на проблему сокращения рабочих мест в США и на американский экспорт'. Обе стороны также согласились поднять двусторонние переговоры до кабинетного уровня (уровня министров) в рамках Всеобъемлющего Американо-Китайского диалога в четырех сферах: дипломатии и обеспечения безопасности, экономики, поддержания правопорядка и обеспечения кибернетической безопасности, сотрудничества в социальной и культурной областях38.

Обе стороны вновь подтвердили свою приверженность 'денуклеаризации Корейского полуострова', 'полному выполнению резолюций Совета Безопасности ООН' и 'согласились расширить сотрудничество и взаимодействие с мировым сообществом с тем, чтобы убедить Северную Корею мирным путем разрешить эту проблему и отказаться от ее противозаконных ядерных и ракетных программ'. Трамп принял приглашение китайского лидера посетить с ответным визитом КНР39.

Со своей стороны, Си Цзиньпин также очень положительно оценил результаты переговоров, заявив, что стороны достигли взаимного 'доверия' и будут двигаться к установлению 'дружеских отношений' с тем, чтобы обеспечить 'мир и стабильность в мире'. При этом Китай должен реализовать 'свою историческую ответственность'. Китайские СМИ восторженно восприняли результаты визита своего лидера, которые продемонстрировали всему миру, что 'конфронтация между двумя державами не является неизбежной'40.

Так, китайская центральная газета 'Женьминь жибао' писала: 'Несмотря на существующие разногласия, Китай и Америка могут стать отличными партнерами по сотрудничеству. Встреча лидеров прошла плодотворно и в позитивном ключе, обозначив начало нового этапа в отношениях между КНР и США. Си Цзиньпин заявил, что 'существует тысяча причин наладить китайско-американские отношения, и нет ни одной причины их подрывать'41.

Давление Китая, а также мирового сообщества на КНДР в течение 2017 г. в плане хотя бы 'замораживания' ракетно-ядерных программ не увенчалось успехом. Совет Безопасности ООН начал вводить санкции против Северной Кореи с октября 2006 г., со времени проведения ею первого ядерного взрыва. Затем, по мере проведения новых ядерных испытаний, испытаний баллистических ракет и попыток запуска спутника, СБ ООН последовательно принимал новые резолюции по расширению санкций против КНДР в 2009, 2013, 2016 годах. Это не остановило северокорейские власти.

В течение 2017 г. СБ ООН принял аж четыре резолюции по дальнейшему ужесточению санкций против Пхеньяна. Причем, Россия и Китай, главный торговый партнер и союзник КНДР, единодушно голосовали за введение новых санкций. В июне 2017 г. Совет Безопасности единогласно ввел новые санкции в ответ на северокорейские испытания баллистических ракет.

В конце июня неожиданно для китайской стороны администрация Д. Трампа объявила о предстоящих поставках современных вооружений Тайваню на сумму в 1,42 млрд долл. для 'поддержания достаточного потенциала самообороны'. Среди прочего, планировалось поставить радарные системы раннего предупреждения о воздушном нападении и усовершенствовать имевшиеся ракеты 'воздух-земля' для уничтожения наземных радиолокаторов, а также снабдить современными управляемыми торпедами тайваньские подводные лодки. Это вызвало гневную реакцию Пекина. Китайцы обоснованно обвинили Вашингтон в нарушении 'консенсуса', достигнутого в апреле между лидерами двух государств42. Следует напомнить, что официально США, включая администрацию Трампа, проводят политику 'одного Китая', де-юре считая остров частью всего Китая. На деле в рамках общего курса по сдерживанию КНР они продолжают поддерживать и вооружать Тайвань.

Ряд американских экспертов высказали обоснованное мнение, что данный шаг должен был послужить и определенным 'стимулом' для КНР с целью усиления давления на КНДР. К этому можно добавить, что для Трампа лично эта мера была еще и одним из способов политического выживания, поскольку он и его помощники знали - поставки вооружений Тайваню пользуются широкой поддержкой в Конгрессе и будут одобрены законодателями.

Что касается Северной Кореи, то в августе 2017 г. в ответ на испытание межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) 'Хвасон-14' единогласным принятием резолюции ? 2371 СБ ООН был ужесточен санкционный режим. В частности, предусматривался запрет на экспорт из КНДР угля (главная статья северокорейского экспорта), железа, свинца и морепродуктов. Странам, где работали северокорейские рабочие, было запрещено увеличивать их численность. По американским оценкам эти и другие принятые меры должны были сократить ежегодные валютные доходы Пхеньяна с 3 млрд до 1 млрд долларов43.

Однако новые санкции вновь не остановили Пхеньян. В начале сентября 2017 г. КНДР произвела новый ядерный взрыв. В ответ СБ ООН 11 сентября принял новую резолюцию. В частности, вводился запрет на закупку в Северной Корее текстиля, поставки в страну природного газа, создание совместных компаний с северокорейскими юридическими лицами. И эти меры не сдержали Пхеньян.

В конце ноября КНДР провела испытания МБР 'Хвасон-15', которая предположительно обладает дальностью полета от 10 до 13 тыс. км, то есть способна достичь любой точки континентальной территории США. В ответ в декабре 2017 г. СБ ООН единогласно ввел в действие новый пакет санкций против Пхеньяна. Соответствующая резолюция была подготовлена американцами. На этот раз, в частности, были сокращены объемы поставок в страну нефтепродуктов почти на 90%, значительно были урезаны поставки и сырой нефти. Также был введен запрет на поставку различного рода минералов, химических товаров, электротехники. Страны-члены ООН должны были немедленно начать высылку на родину северокорейских трудовых мигрантов, работающих у них, и завершить этот процесс в течение двух лет44.

Во исполнение апрельских договоренностей с руководством КНР в июне 2017 г. в Вашингтоне был проведен на высоком министерском уровне американо-китайский диалог по проблемам дипломатии и обеспечения безопасности, в июле - диалог по экономическим проблемам. В течение лета-осени 2017 г. ожидали хороших положительных результатов от предстоящего визита Д. Трампа в Китай.

Трехдневный визит состоялся 8-10 ноября 2017 г. в рамках турне президента Д. Трампа по пяти странам Восточной Азии. Китайская сторона устроила очень теплый прием американскому президенту. Во время визита, стоя рядом с лидером КНР, президент США, среди прочего, заявил, что обе стороны 'имеют шансы укрепить свои отношения, улучшить жизнь наших граждан и совместно противостоять тем, кто угрожает нашей цивилизации'45.

Без преувеличения можно сказать, визит стал своеобразным деловым триумфом Трампа. Американскую делегацию сопровождали около 30 исполнительных руководителей крупнейших промышленных компаний и финансовых фирм США, включая 'Боинг', 'Катерпиллер', 'Дженерал электрик', 'Голдман Сакс' и другие менее мощные. В общей сложности было заключено 37 деловых сделок с китайскими компаниями на общую гигантскую сумму порядка 250 млрд долларов46. Ряд сделок носил предварительный характер, условия которых в дальнейшем могли быть пересмотрены. Министр торговли США Вилбур Росс охарактеризовал заключение данных сделок как 'историческое событие' и заявил, что 'эти сделки могут способствовать установлению более крепких отношений между США и Китаем, которые будут более свободными, справедливыми и взаимовыгодными'47.

Казалось бы, китайско-американские отношения вновь вышли на путь улучшения и дальнейшего значительного расширения сотрудничества. Однако обнародование в декабре новой вышеуказанной Стратегии национальной безопасности породило резко негативную реакцию со стороны Пекина. Похоже, зачисление КНР в 'главного международного 'противника' и 'соперника' американцев в рамках этой Стратегии оказалось большой неожиданностью для китайцев. В частности, представитель китайского Министерства иностранных дел призвал США 'прекратить сознательное искажение стратегических намерений Китая и отказаться от таких устаревших концепций как менталитет холодной войны и игры с нулевой суммой'. В противном случае это нанесет ущерб как США, так и другим. Была также выражена надежда, что Соединенные Штаты будут идти в ногу со временем и 'рука об руку с Китаем' (join hands with China) c целью поддержания 'надежного и стабильного расширения китайско-американских отношений'48.

Посольство КНР в Вашингтоне высказалось так же резко. В его заявлении, в частности, говорилось: 'Для любой нации ставить свои интересы выше общих интересов других наций и международного сообщества - это исключительно эгоцентричное дело. С одной стороны, американцы говорят, что желают развивать партнерство с Китаем, с другой, они занимают противоположную позицию. Одно противоречит другому'49.

Когда в январе 2018 г. была обнародована вышеуказанная Национальная стратегия обороны, со стороны КНР так же последовала жестко негативная реакция. На этот раз вначале высказался представитель Министерства обороны, оценивший стратегию как 'полную нереальных утверждений в духе игр с нулевой суммой и конфронтации'. Он также заявил, что Китай вместо стремления к 'военной экспансии или созданию сфер влияния' всегда был 'созидателем мира в мире, страной, содействующей глобальному развитию, и защитником международного порядка'. На следующий день высказался представитель Министерства иностранных дел, который оценил стратегию как 'фундаментально неверную' и вновь призвал 'отбросить менталитет холодной войны' и 'прекратить искажение стратегических намерений Китая'50.

Д. Трамп, будучи еще кандидатом в президенты, обещал значительно сократить дефицит в торговле с Китаем. За время первого года его президентства результаты оказались прямо противоположными. По данным Министерства торговли США дефицит в торговле товарами с Китаем на конец 2017 г. составил гигантскую сумму в 375 млрд долл.51, что значительно превысило этот показатель на конец прошлого года. А общий дефицит в американо-китайской торговле превысил 500 млрд долл.

В начале 2018 г. Белый дом, по сообщениям 'Уолл-Стрит джорнал' - главной газеты деловых кругов США, начал готовить пакет повышения ввозных пошлин и установления торговых квот с тем, чтобы противостоять растущей экономической угрозе со стороны Китая. Многие эксперты в США заговорили о возможности торговой войны между двумя странами, которая может оказаться пагубной для глобальной системы свободной торговли и ВТО. Последний раз США вели торговую войну при Р. Рейгане в 1980-е годы против Японии и одержали верх в ней. Но японская экономика была тогда заметно слабее американской, а нынешняя китайская выступает на равных с экономикой США, если уже не опередила ее52.

По мнению этой газеты, многие сотрудники внешнеэкономического сектора администрации Трампа, включая торгового представителя Роберта Лайтизера, полагают, что самой большой ошибкой США был прием Китая во Всемирную торговую организацию (ВТО). Как говорят помощники, американский президент регулярно угрожает выйти из этой организации. Возможная торговая война ударит, в первую очередь, по таким промышленным гигантам как 'Боинг' и 'Дженерал Моторс', для которых Китай является важнейшим рынком сбыта их продукции. Например, руководство КНР в случае войны может отказаться от закупок сотен пассажирских авиалайнеров у 'Боинга' и переориентироваться на европейскую компанию 'Аэробас'53.

Кроме того, Китай выступает крупнейшим в мире кредитором федерального правительства США. Так, по состоянию на конец 2017 г. КНР в общей сложности владела ценными бумагами американского Министерства финансов на гигантскую сумму в размере 1180 млрд долларов. Лишь за один 2017 г. Китай закупил этих ценных бумаг на 127 млрд долл., что составило увеличение на 13% по сравнению с прошлым годом. Вторым мировым кредитором является Япония, владевшая в конце 2017 г. американскими казначейскими бумагами на сумму в 1060 млрд долларов54. В случае торговой войны Китай может прекратить скупку американских ценных бумаг, то есть перестать быть их кредитором, и начать их распродавать. А они являются долговыми обязательствами США. Тогда Вашингтону придется искать новых кредиторов в мировой экономике, а это очень непростое дело.

23 февраля 2018 г. Трамп выступил на ежегодной конференции консерваторов-республиканцев. 'Эра экономической капитуляции осталась позади, - заявил президент США, - когда мы заключали торговые соглашения, которые невыгодны для нас. Говорим ли мы про Соглашение о североамериканской зоне свободной торговли (NAFTA) или о Всемирной торговой организации, которая породила нынешний Китай. Посмотрите на Китай: он существовал себе, а затем мы глупейшим образом открыли для него эту договоренность (о присоединении к ВТО), и с тех пор Китай [усиливается] как ракета'. Далее он продолжил: 'В прошлом году у нас с Китаем был торговый дефицит в размере почти 500 млрд долларов - это недопустимо. Я глубоко уважаю председателя Си Цзиньпина, но мы не можем себе такое позволить'55.

После таких угрожающих заявлений логично ожидать, что Вашингтон в 2018 г. может предпринять жесткие протекционистские меры против Китая. Однако имеются еще и геополитические соображения, связанные с Северной Кореей. Администрации Д. Трампа придется все тщательно взвесить, прежде чем начинать торговую войну с Китаем, поскольку он является главным международным рычагом давления на КНДР. В случае развязывания войны Вашингтон может утратить такой рычаг.

Некоторые выводы

Напрашивается ряд выводов и обобщений. Во-первых, в силу беспрецедентного в новейшей истории США давления на впервые избранного президента со стороны вашингтонской политико-бюрократической элиты и угрозы возможного импичмента, Трампу, по состоянию на конец февраля 2018 г., пришлось отказаться от выполнения внешнеполитических предвыборных обещаний в отношении России.

Вашингтонский          истеблишмент де-факто лишил президента какой-либо заметной свободы действий в отношении нашей страны. Вместо обещанных отмены антироссийских санкций, сотрудничества в совместной борьбе с ИГИЛ, улучшения российско-американских отношений на деле санкции были ужесточены и узаконены, в Сирии Вашингтон пытается содействовать расчленению страны, 'сменить режим Асада', поддерживает некоторые террористические группировки, если они борются с правительственными войсками.

Более того, Белый дом при Трампе начал поставки реальных вооружений Украине, на что не отважился при всем неприятии России и В.В. Путина президент Б. Обама. Пока поставки носят ограниченный характер в виде тяжелых снайперских винтовок и противотанковых переносных ракетных комплексов 'Джавелин'. 'Ястребы' в Конгрессе с восторгом восприняли этот шаг. С российской точки зрения, Вашингтон явно подталкивает Киев к развязыванию масштабной войны на Донбассе, в которую Россия будет вынуждена вмешаться для пресечения геноцида русских со стороны украинских националистов.

Что касается Китая, то Трамп, на время 'забыв' грозную антикитайскую предвыборную риторику, в течение первого года своей деятельности дважды принял участие в полноценных саммитах и переговорах с председателем КНР Си Цзиньпином. Еще со времен 'холодной войны' отношение к Китаю у американской политической элиты было более благосклонным, чем к СССР, позднее к России. Соответственно, Трамп обладает значительной свободой действий в отношении Китая, чем он и воспользовался. Его ноябрьский 2017 г. визит в Пекин стал подлинным деловым триумфом.

Тем не менее, китайцы правы в том, что политика администрации Трампа внутренне противоречива. С одной стороны, огромный по объему китайско-американский товарооборот, гигантское кредитование экономики США со стороны КНР, с другой, продолжение политики сдерживания Китая, включая поставки вооружений Тайваню, и угрозы возможной торговой войны.

Как было сказано, под сильнейшим давлением со стороны вашингтонского истеблишмента внешнеполитическая команда Трампа вернулась к традиционному для американцев черно-белому восприятию внешнего мира. И коль скоро Вашингтон при Трампе официально зачислил Китай и Россию в 'соперники' и 'противники', а поставки вооружений Киеву и Тайбэю воспринимает как 'систему рычагов' давления (leverage) на обе страны, столь скоро Пекину и Москве следует совместно выработать меры по аналогичному воздействию на американцев. При этом ставку следует делать на их уязвимые места. Одним из них может быть штат Гавайи. Гавайские острова, бывшие независимым государством, американцы действительно, в отличие от Крыма, незаконно и силой аннексировали в конце XIX века. Сегодня там действует немало сепаратистских группировок, борющихся легальными средствами за восстановление государственной независимости.

Во-вторых, невзирая на все противоречия и разногласия, интересы России, Китая, США, да и всего мира в плане возможного обуздания ракетно-ядерных программ Северной Кореи совпадают. Все заинтересованы в реальной 'денуклеаризации' Корейского полуострова.

Следует напомнить, что на Дальнем Востоке Россия имеет небольшую сухопутную границу с КНДР протяженностью приблизительно 70 километров. Протяженную сухопутную границу с ней имеет Китай. Американский президент летом 2017 г. грозился обрушить на Северную Корею 'огонь и ярость' и считал попытки договориться с Пхеньяном пустой тратой времени. Помощникам и Конгрессу удалось тогда удержать Трампа от рискованных шагов. Понятно, что гипотетическое военное столкновение США с КНДР, чреватое перерастанием в региональную ядерную войну, будет непосредственно угрожать как безопасности России, так и в большей мере Китая.

В июле 2017 г. Россия и Китай выступили с совместной инициативой по 'двойному замораживанию'. С одной стороны, КНДР было предложено добровольно приостановить реализацию ракетно-ядерных программ, с другой - США и Южной Корее предлагалось одновременно прекратить проведение совместных военных учений на южнокорейской территории. Данная мера расценивалась как первый шаг на пути возобновления процесса мирного урегулирования положения на полуострове56. Однако американцы сразу же отвергли эту инициативу и заявили, что продолжат совместные военные маневры и развертывание своих противоракетных систем в Южной Корее в качестве способа давления на КНДР. В конце ноября 2017 г. делегация российских парламентариев побывала в Пхеньяне, пытаясь убедить северокорейское руководство принять план по 'двойному замораживанию'. Результат визита оказался отрицательным.

Определенное потепление отношений между двумя Кореями в январе-феврале 2018 г. в связи с поведением зимней Олимпиады в южнокорейском Пхенчхане породило слабую надежду на возможность мирного решения ракетно-ядерной проблемы. В конце февраля корейские стороны провели переговоры, после чего в администрации южнокорейского президента Мун Чжэ Ин заявили о готовности представителей Северной Кореи к переговорам с США57.

Однако позиция Вашингтона не отличается гибкостью. Коротко ее можно сформулировать так: 'Будем усиливать давление на Пхеньян до тех пор, пока он не пойдет на уступки'. Возглавляя американскую делегацию на Олимпиаде, вице-президент США Майкл Пенс заявил: 'Но мы на самом деле верим в возможность мирного исхода в процессе денуклеаризации Корейского полуострова, хотя для этого потребуется последовательное и интенсивное давление'. И добавил, что введение новых американских санкций может подтолкнуть КНДР 'в направлении будущего без ядерного оружия'58. То обстоятельство, что многолетнее введение СБ ООН многочисленных санкций против Северной Кореи не 'подтолкнуло' ее к 'денуклеаризации', американцами игнорируется.

В целом на конец февраля 2018 г. ситуация на Корейском полуострове оставалась неопределенной. Тем не менее РФ и КНР следует наращивать усилия для того, чтобы добиться мирного дипломатического разрешения ракетно-ядерной проблемы, поскольку силовой вариант представляет значительную угрозу безопасности в первую очередь обеим странам, но также и всему миру.

В-третьих, угрозы администрации Д. Трампа развязать торговую войну с КНР несомненно повышают заинтересованность китайской стороны в ускорении реализации Соглашения о сопряжении Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и инициативы 'Экономического пояса Шелкового пути', заключенного в 2015 г., в рамках общей стратегии Пекина 'Один пояс - один путь'59. В январе 2018 г. Вашингтон уже значительно повысил ввозные пошлины на китайские сталь, алюминий и солнечные панели. Следует напомнить, что эта внешнеэкономическая стратегия КНР нацелена, главным образом, на значительное ослабление зависимости китайской экономики от американского рынка и перенаправление китайских экспортных товарных потоков в другие регионы мира, в первую очередь, в Европу.

России следует использовать данную растущую заинтересованность для ускорения строительства, в частности, сухопутного транспортного коридора Китай-Монголия-Россия-Европа. Кроме того, Россия, обладая самым мощным ледокольным флотом в мире, должна стремиться к налаживанию поставок китайских товаров и продукции других восточноазиатских стран в Европу по Северному морскому пути, который намного короче и, следовательно, дешевле традиционного морского маршрута через Индийский океан, Суэцкий канал, Средиземное море. Глобальное потепление заметно облегчает проведение морских судов через Северный Ледовитый океан.


Список литературы

[1] The Donald Trump doctrine: 'Assad is bad but US must stop 'nation building'. 13.10.2015. Available at: https://www.theguardian.com/us-news/2015/oct/13/donald-trump-foreign-policy-doctrine-nation-building (accessed 23.11.2017).

[2] Gass N. Trump pledges to hit Islamic State, not Assad. 20.05.2016. Available at: www.politico.com/story/2016/05/trump-islamic-state-syria-223399 (accessed 14.12.2017).

[3] Donald Trump: 'We will stop racing to topple foreign regimes'. 07.12.2016. Available at: www.theguardian.com/us-news/2016/dec/07/donald-trump-we-will-stop-racing-to-topple-foreign-regimes (accessed 23.11.1017).

[4] Engel P. The problem with relying on Russia to fight terrorism in Syria. 31.07.2016. Available at: www.businessinsider.com/trump-russia-fighting-isis-in-syria-2016-7 (accessed 03.02.2018).

[5] Diamond J. Timeline: Donald Trump's praise for Vladimir Putin. 29.07.2016. Available at: https://edition.cnn.com/2016/07/28/politics/Donald-trump-vladimir-putin-quotes/index.html (accessed 21.11.2017).

[6] Trump praises Putin over response to US sanctions, calls him 'very smart'. 30.12.2016. Available at: www.foxnews.com/2016/12/30/trump-praises-putin-over-response-to-us-sanstions-calls-him-very-smart.html (accessed 24.11.2017).

[7] Tiezzy Sh. Opinion: separate ways? Donald Trump's approach to China 'stuck in the 1990s'. 28.04.2016. Available at: https://edition.cnn.com/2016/04/28/opinions/Donald-trump-foreign-policy-china/index.html (accessed 02.02.2018).

[8] Diamond J. Trump: 'We can't continue to allow China to rape our country'. 02.05.2016. Available at: https://edition.cnn.com/2016/05/01/politics/donald-trump-china-rape/index.html (accessed 02.02.2018).

[9]Pflaum N. Trump: China and Russia 'doing naval exercises together'. 04.08.2016. Available at: www.politifact.com/ohio/statements/2016/aug/04/donald-trump/trump-china-and-russia-doing-naval-exercises-together/ (accessed 02.02.2018).

[10] Gillespie P. 3 ways Trump can slap tariffs on China and Mexico. 14.11.2016. Available at: www.money.cnn.com/2016/11/14/news/economy/trump-tariffs-china-mexico-trade-war/?iid=EL (accessed 04.02.2018).

[11] Ibidem.

[12] National Security Strategy of the United States of America. December 2017. P. 25. https://www.whitehouse.gov/mp-content/uploads/2017/12/NSS-Final-12-18-2017-0905-2.pdf (accessed 22.12.2017).

[13] Ibidem.

[14] Ibidem. P. 26.

[15] Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States of America. January 2018. Wash.: U.S. Department of Defense. 2018. P. 2.

[16] Ibidem.

[17] Ibidem.

[18] Brimelow B. China and Russia are the focus of the US first new National Defense Strategy in a decade. 19.01.2018. Available at: www.businessinsider.com/mattis-russia-china-national-defense-strategy-2018-1 (accessed 29.01.2018).

[19] National Security Strategy 2006. March 2006. P. 3. Available at: https://www.state.gov/documents/organization/64884.pdf (accessed 09.02.2018).

[20] National Security Strategy of the United States of America. December 2017. P. 37-40.

[21] Summary of the 2018 National Defense Strategy of the United States of America. P. 3.

[22] State of the Union 2018 full text: read president Donald Trump's address to Congress. 31.01.2018. Available at: https://uk.news.yahoo.com/state-union-2018-full-text-022552637.html (accessed 31.01.2018).

[23] Ibidem.

[24] Full text: Trump Davos speech transcript. 26.01.2018. Available at: https://www.politico.com/story/2018/01/26/full-text-trump-davos-speech-transcript-370861 (accessed 28.01.2018).

[25] Ibidem.

[26] 10 тысяч чиновников расстреляны в Китае по обвинению в коррупции. 12.02.2016. Available at: www.24feed.ru/2016/02/4722 (дата обращения 14.02.2018).

[27] На коллегии Минобороны Владимир Путин говорил об итогах операции в Сирии и будущем Вооруженных сил. 22.12.2017. Available at: https://www.1tv.ru/news/2017-12-22/338407-na_kollegii_minoborony_vladimir_putin_govoril_ob_itogah_operatsii_v_sirii_i_buduschem_vooruzhennyh_sil (accessed 24.12.2017).

[28] Lavrov gives Moscow's version of Trump-Putin talks. 07.07.2017. Available at: www.foxnews.com/politics/2017/07/07/lavrov-gives-moscows-version-trump-putin-talks.html (accessed 15.02.2018).

[29] Ibidem.

 

[30] Информационный бюллетень Министерства обороны Российской Федерации о соблюдении режима прекращения боевых действий. 15.02.2018. Available at: www.syria.mil.ru/syria/bulletin/more.html.id=12162988@egNews (accessed 16.02.2018).

[31] US House decisively votes to approve new sanctions against Russia. 25 July, 2017. Available at: www.theguardian.com/us-news/2017/july/25/us-house-representatives-sanctions-russia (accessed 13.11.2017).

[32] Baker P., Kishkovski S. Trump signs Russian sanctions into law, with caveats. 2 August 2017. Available at: www.nytimes.com/2017/08/02/world/europe/trump-russia-sanctions.html (аccessed 13.11.2017).

[33] Sanctions update: increased sanctions on Russia, Iran and North Korea. August 2017. Available at: www.hfw.com/downloads/HFW-increased-sanctions-on-Russia-Iran-North-Korea-Agust-2017.pdf (accessed 14.02.2018).

[34] Ibidem.

[35] Bowden J. Administration admits Treasury's list of Russian 'oligarchs' was derived from Forbes. 30.01.2018. Available at: www.thehill.com/homenews/administration/371399-administration-official-admits-treasurys-list-of-oligarchs-was (accessed 14.02.2018).

[36] Taylor A. 'The Kremlin list': Why Russian oligarchs shrugged. 30.01.2018. Available at: https://www.washingtonpost.com/news/worldviews/wp/2018/01/30/the-kremlin-list-why-russian-oligarchs-shrugged/ (accessed 14.02.2018).

[37] Holland St., Gui Qing K. At U.S. - China summit Trump presses Xi on trade, North Korea; progress cited. 07.04.2017. Available: https://www.reuters.com/article/us-usa-china/at-u-s-summit- trump-presses-xi-on-trade-north-korea-progress-cited-idUSKBN1792KA (accessed 16.02,2017).

[38] Statement from the Press Secretary on the United States China Visit. 07.04.2017. Available at: https://www.whitehouse.gov/briefings-statements/statement-press-secretary-united-states-china-visit/ (accessed 16.02.2018).

[39] Ibidem.

[40] Holland St., Gui Qing K. At U.S. - China summit Trump presses Xi on trade, North Korea; progress cited.

[41] Встреча Си Цзиньпина и Дональда Трампа определила вектор будущего развития китайско-американских отношений. 10.04.2017. Available at: https://inosmi.ru/politic/20170410/239089018.html (accessed 22.02.2018).

[42] U.S. angers China by making a $1,42 billion arms deal with Taiwan. 30.06.2017. URL: www.fortune.com/2017/06/30/us-taiwan-arms-sale/ (accessed 25.02.2018).

[43] Санкции ООН в отношении КНДР. Досье. 23.12.2017. Available at: www.tass.ru/info/4837818 (accessed 22.02.2018).

[44] СБ ООН ужесточил санкции против Северной Кореи. 22.12.2017. Available at: www.interfax.ru/world/593094 (accessed 22.02.2018).

[45] Neuman S. Trump's National Security Strategy angers China. 19.12.2017. Available at: https://www.npr.org/sections/thetwo-way/2017/12/19/571873335/trumps-national-security-strategy-angers-china (accessed 23.02.2018).

[46] LaRocco L.A. These are the 37 major deals US firms signed with Chinese entities during Trump's visit. 09.11.2017. Available at: https://www.cnbc.com/2017/11/09/exclusive-these-are-the-37-major-deals-us-firms-signed-with-chinese-entities-during-trumps-visit.html (accessed 23.02.2018).

[47] Ibidem.

[48] Foreign Ministry spokesperson Hua Chunying's regular press conference on December 19, 2017. 19.12.2017. Available at: http://www.fmprc.gov.cn/mfa_eng/xwfw_665399/s2510_665401/t1520766.shtml (accessed 24.02.2018).

[49] Neuman S. Trump's National Security Strategy angers China.

[50] Gao Ch. China reprimands US over 2018 National Defense Strategy. 23.01.2018. Available at: https://thediplomat.com/2018/01/china-reprimands-us-over-2018-national-defense-strategy/ (accessed 24.02.2018).

 

[51] Shane D. China has boosted its huge stash of U.S. government debt. 16.02.2018. Available at: www.money.cnn.com/2018/02/16/news/ecomomy/china-us-debt-holdings/index/html?iid=EL (accessed 24.02.2018).

[52] США и Китай готовы вступить в торговую войну, которая может потрясти мировую экономику. 22.01.2018. Available at: www.inosmi.info/ssha-i-kitay-gotovy-vstupit-v-torgovuyu-voynu-kotoraya-mozhet-potryasti-mirovuyu-ekonomiku.html (accessed 25.02.2018).

[53] Ibidem.

[54] Shane D. China has boosted its huge stash of U.S. government debt.

[55] Трамп назвал недопустимым торговый дефицит США с КНР в $500 млрд. 23.02.2018. Available at: www.tass.ru/ekonomika/4984317 (accessed 25.02.2018).

[56] Совместное заявление Министерства иностранных дел Российской Федерации и Министерства иностранных дел Китайской Народной Республики по проблемам Корейского полуострова. 04.07.2017. Available at: www.mid.ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2807662 (accessed 26.02.2018).

[57] Южная Корея: КНДР готова к переговорам с США. 25.02.2018. Available at: https://www.kommersant.ru/doc/3558379 (accessed 26.02.2018).

[58] Пенс заявил, что США не оставляют надежд на мирное урегулирование на Корейском полуострове. 10.02.2018. Available at: www.tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4946013 (accessed 26.02.2018).

[59] Стратегия экономического развития 'Один пояс - один путь'. 14.05.2017. Available at: https://ria.ru/spravka/20170514/1494097368.html (accessed 28.02.2018).



Печать